Вопль, затем еще один, и еще один.
— Сырник зашатался на плече человека и схватился двумя руками за голову Балдура. Он чувствовал, как маленькому аури становится не по себе, и это его еще больше злило. Он потянулся к ножу, затем резко передумав, сорвал с кобуры револьвер и прицелился на воздымающуюся тень посреди пламени.
«Кем бы ты ни была тварь, я всажу в тебя пулю первым», — пронеслось молнией в его голове.
Внезапно визг прекратился и перешел на хриплый бас, а из огня на всеобщее удивление выпрыгнул маленький зверек, хлопая себя рукой по опаленной шерстке. Он злобно оскалился и достав из-за пазухи маленький нож, похожий на самодельный клинок или скорее на заточку разразился яростным потоком:
— Вы что творите, скоты? Халупу мне спалили к чертям? Вы кто такие?
— Балдур, это… — прошептал Сырник с удивлением.
Большие подранные уши, словно кто-то драл их день за днем, скомканная чёрная шерстка с редкими серыми пятнами. Тоненькие и острые зубы, больше похожие на кошачьи, и сбитые в мозолях и застарелых ранах лапки. Последним штрихом меж ушей была редеющая макушка, с заметной лысиной и глубокий шрам на всю морду.
— Аури, — закончил Сырник.
— Вы нахрена мне избу спалили? Халупу мою! Пропало всё в огне… пропало!
Дэйна, как и все остальные, смотрелась крайне нелепо, перед маленьким зверьком, что размахивал заточкой размером с зубочистку. Она хотела опустить щит, однако узнав в нём аури, приготовилась к битве с намного более крупным противником.
— Кто, паскуда? Кто, паскуда, такой рукастый, что решил, будто можно людям халупы палить? А?
Ярик поднял руку.
Аури осмотрел измотанного человека, который явно не соответствовал внешне своим способностям, и зло ухмыльнулся:
— Ты! — показал он заточкой на Балдура и Сырника! Ты спалил мою избу, мою халупу! Как звать, тебя труп ходячий?
— Балдур, — ответил тот, сам того не понимая зачем, все еще ошарашенный появлением их главной проблемы.
— Ну вот и убалдуривай отсюда, а твои дружки пусть бегут перед тобой! Чем я вам мешал? Всех порежу, все село перережу!
— Проверьте певчего! — крикнул Волхв, удивленно наблюдая за зверем.
Аури услышал его слова и зашипел, однако намного громче и злобнее, чем это делал Сырник.
— Балдур, если он это делал, если он контролировал певчего, убил домового, и смог скрыться даже от Миры, он…
— Ответит за свои слова, безжалостный ублюдок.
— Силен, — перебил его Сырник. — Он должен быть очень силен, обычные аури на такое не способны. Для этого годы, нет, десятки лет тренировок нужны. Нужно быть осторожными.
— Значит ты так не умеешь? — съехидничал Балдур.
— Нет, конечно, морда ты холопская! — возмутился тот. — Это извращенный способ, против нашей природы, я даже не хочу думать, что его заставило пойти на такой поступок.
— Порежу всех, зарежу! — продолжал вопить тот.
— Ты зачем певчих опаивал? Зачем пытал? Зачем домового убил?
— Не твоё, паскуда, дело, баба, вот почему. Я к тебе лез? Диктовал как жить? Как есть, паскуда, спать и трахаться? Халупу твою сжигал? Нет! Вот и иди…
— Хватит! — Балдур снял с плеча Сырника и поставил его на землю. Он быстрым шагом направился вперед, огибая Дэйну. — Давай сученыш, обращайся в кого хочешь, хоть в китвраса, хоть в аспида, мне глубоко плевать. Из-за тебя у меня башка трещала как колокол, а сама мысль, что такое ничтожество как ты у меня в душе копалось, выворачивает наизнанку.
— Да это, потому что ты самый слабый из всех, душонка хиленькая. Что, высерок, смахнуться хочешь? Так это всегда пожалуйста, бери дрын какой да приготовься сдохнуть, щас те дяденька навешает.
Балдур ощетинился:
— У меня душонка хиленькая? Я тебе покажу, что я обычно делаю с такими как ты.
— Убегаешь, сверкая юбкой? — Аури продолжал раззадоривать Балдура. — Тогда почему ты еще здесь?
Стервятник достал револьвер и отбросил его в сторону, отстегнул ножны вместе с ножом и снял плащ. Он чувствовал, как сгорает от ненависти изнутри, хоть и прекрасно понимал, что противник, стоящий перед ним, этого и хочет. Ему было плевать, все чего он хотел это выпотрошить маленького наглеца, пока тот еще живой. Без особой причины, просто, просто потому что хотелось, и это было приятно.