– Квартиры бы хватило.
Настроение у Марьяны испортилось окончательно, и мама это почувствовала. Стоило дочери открыть рот, как Лия Николаевна произнесла:
– Ладно-ладно. Я не буду настаивать. Немецкое лечение действительно слишком дорогое для такой пенсионерки, как я. Обойдемся Белоруссией. Да?
– Да, – вздохнула Марьяна. Мама просветлела лицом.
– Прекрасно! Когда ты сможешь привезти деньги? Путевку надо оплатить на этой неделе.
Глава 9
Иногда Марьяна задумывалась и не могла понять: сколько в ее любви к матери именно любви, а сколько – чувства вины и ответственности, которое не избыть ничем?..
Родителей не выбирают. Марьяне повезло родиться не в семье алкоголиков, коих на просторах российских пруд пруди, и не у сектантов, и не у нищих, едва сводивших концы с концами… Мама долгие годы была певицей, обладательницей тончайшего сопрано, ездившей с гастролями в составе ансамбля по всему Советскому Союзу. В ансамбле она была одной из ведущих солисток, ее показывали по телевизору, а однажды сам президент (Марьяна не помнила, какой именно) удостоил ее похвалы.
С Михаилом Ковалевым Лия познакомилась в Москве, решила, что он ей подходит, и вышла за него замуж через два месяца знакомства. Он и вправду ей подходил – начальник цеха на заводе, обладатель собственной квартиры, которую можно было, в крайнем случае, продать и жить припеваючи. У Лии тоже была своя жилплощадь, полученная от государства в результате долгих и нудных интриг. Но результат того стоил. Девочка из коммуналки хорошо устроилась в жизни.
Михаил Лию очень любил и настаивал на детях. Она согласилась, поставив условие, что придется нанимать няню на время гастролей. Деньги в доме водились, поэтому на няню Михаил согласился легко. И Лия родила Марьяну.
А потом всё пошло не так. Нет, девочка родилась здоровая, крепенькая, и молоко у Лии было, только вот голос начал портиться. В нежном сопрано появилась хрипотца, и не приятная, завораживающая, а надломанная, сухая, словно треск ломающейся ветки. Перепуганная Лия кинулась по врачам, те развели руками – а что вы хотите? Рожали поздно, в тридцать пять, гормональный фон изменился. Голос уже не вернется.
Лия не верила. Она обошла множество врачей, от именитых светил до откровенных шарлатанов, потратила кучу денег, но голос исчез окончательно. Нет, петь мама по-прежнему могла, однако ясности, красоты и летучести больше не было. Руководитель ансамбля некоторое время слушал это безобразие, а потом вежливо посоветовал уступить дорогу молодым. Лия была гордой: в ансамбле не осталась, ушла, хотя ее никто не гнал. Но она-то планировала славу, она уверенно двигалась к званию народной артистки! А тут такая подлость, устроенная собственной дочерью.
Марьяна всегда знала, кто виноват в том, что мама больше не поет. Если бы не она, Марьяна, Лия бы достигла оглушительных успехов, а так… Поэтому теперь до конца жизни дочь обязана матери помогать. И отцу, хотя его вина тоже имелась: именно он практически заставил Лию рожать. Ей самой дети не требовались.
Через пять лет после рождения дочки Михаил уговорил жену попробовать еще раз. Вдруг гормоны снова взыграют и получится начать петь! Лия согласилась – терять-то уже нечего! – и родила Антона. Голос не возвратился. Впрочем, к сыну претензий не имелось, не он послужил причиной обрыва столь многообещающей карьеры. А вот Марьяна…
Девочка маму и папу очень любила, свое место прекрасно знала и еще в детстве дала себе зарок: сделать так, чтобы мамина жертва была не зря. Пока был жив папа, он обеспечивал семью – вначале всем необходимым, а потом, когда времена поменялись и возникли в бизнесе новые правила, уж как мог… Но как-то отложил денег именно для Марьяны, чтобы она купила себе квартиру.
С квартирой вышло неловко, а еще более неловко вышло с кошкой. Марьяна не знала, почему маму так бесит наличие Фельки, ведь живут-то они все равно отдельно, и мама кошку даже не видела никогда, только на фото! Лия Николаевна в гости к дочери не ездила принципиально, все из-за того же квартирного вопроса, вроде бы похороненного, но не забытого. А вот трехцветная любимица Марьяны вызывала у матери раздражение.
Может быть, потому, что это был очередной акт неповиновения. Что, если Марьяна забудет, кто самый главный человек в ее жизни? Кому она всем обязана, благодаря кому появилась на свет и кто ради нее пожертвовал самым драгоценным – своим голосом. Словно Русалочка из сказки Андерсена, променявшая дивное пение и способность говорить на пару ножек. Каждый шаг причиняет боль, но любовь к принцу сильнее. Вот и мама была такой русалочкой. Она говорила, что любит Марьяну, – нечасто, но говорила, она вырастила ее, и теперь Марьяна ее поддерживает. Как иначе?