Наконец, было объявлено имя питерского гастролёра.
– Станислав Князев!..
– О, это наш клиент, – Ася подтолкнула локтем подругу, торопливо промокнула рот салфеткой, избавляясь от прилипших к губам крошек, и уставилась на сцену в ожидании.
В какой именно момент там начало твориться волшебство, она не осознала. Более того – Ася даже не смогла бы внятно описать словами всё, что конкретно происходило на сцене. Это была… магия, космос, чудо! Ася не отрывала взгляда от молодого человека, стоявшего в какой-то паре метров от неё, и была полностью захвачена представлением.
Оказалось, что Станислав Князев очень красив: тёмные, чуть вьющиеся волосы, тонкое умное лицо… Даже издали было видно, какие у него тёмно-синие, почти фиолетовые глаза – такой редкий и необычный цвет, возможно, линзы? – мельком подумала Ася.
Откуда-то из воздуха возникали гигантские мыльные пузыри и, лопнув, разлетались в стороны стайкой белых голубей… Исчезали и появлялись предметы, плавающие над сценой, как рыбы – в воде… Тут и там вспыхивали столпы огня, моментально превращающиеся в прохладные освежающие фонтаны… Невозможно было поверить, что всё происходящее перед твоими глазами – не компьютерное 3D-шоу. Иллюзионист уверенно дирижировал всей этой «симфонией», делая какие-то удивительные пассы руками, нажимая на потайные, только ему известные кнопки и дёргая за секретные рычажки. Ася сидела, не дыша, и боялась моргнуть, чтобы не пропустить ни одного его движения.
Если бы Ася хотя бы на миг оторвала взгляд от сцены и посмотрела на свою подругу, то увидела бы, что Нелькино лицо горит огнём. Она тоже следила за представлением, как заворожённая, и глаз не могла отвести от этого парня.
Выступление иллюзиониста было последним в концертной программе, полноправным гвоздём вечера. После этого банкет продолжился с удвоенным энтузиазмом – к столикам то и дело подскакивали расторопные официанты, подливая вино и предлагая экзотические коктейли. Обстановка становилась всё более непринуждённой: многие из присутствующих уже не сидели на своих местах, а разгуливали по залу с бокалами в руках, общались с друзьями и активно обменивались визитками, заводя новые знакомства.
Князев вышел «в народ» полчаса спустя после выступления, когда у Аси уже лопнуло терпение и она вообще начала опасаться, что он попросту слинял с этой тусовки к себе в гостиницу. При виде иллюзиониста, который как-то нерешительно, почти робко остановился у стены с фужером шампанского в руке, она вся подобралась, как гончая во время охоты. Нельзя было терять ни минуты, пока его не увёл кто-нибудь более расторопный…
– Нелька, он потрясающий, клёвый, обалденный! – бормотала Ася, возбуждённо пробиваясь сквозь толпу знаменитостей и гостей. Она крепко вцепилась в руку подруги и волокла её за собой, как на буксире, словно постоянное присутствие Нельки рядом было гарантией успешных переговоров с Князевым.
– Добрый вечер! – очутившись перед иллюзионистом, Ася улыбнулась самой обворожительной улыбкой из своего богатого арсенала, которая действовала на мужиков просто убийственно.
– Добрый, – откликнулся он без ярко выраженного восторга, но и не враждебно.
– Для начала, позвольте выразить вам своё искреннее восхищение… Ваше выступление… это было по-настоящему грандиозное зрелище, честное слово! – с воодушевлением произнесла Ася.
– Спасибо, – кивнул он. – Да, я вас помню – вы сидели за столиком в третьем ряду и очень искренне аплодировали после каждого номера.
Ася поняла, что настал момент представиться.
– Анастасия Безрукова, – отрекомендовалась она, – шеф-редактор журнала… впрочем, вот моя карточка, там всё написано.
Он вежливо принял визитку и быстро пробежал её глазами. Брови его недоумевающе приподнялись.
– Там чем могу служить?
– Мы планируем сделать с вами эксклюзивное интервью, – начала было Ася, но он покачал головой:
– Ни о каких интервью я не договаривался.
– Правильно, не договаривались, – подтвердила Ася. – Но именно поэтому на задание отправили меня!
– То есть?..
– Начальство уверено, – чистосердечно призналась Ася, – что кому-кому, а уж мне вы не сможете отказать.
Он на секунду оторопел, а затем искренне расхохотался.