— Значит, не успел.
— Хотел уехать? — выдавила я.
Всё, он точно не хотел со мной говорить. Но ведь не знал, что приеду я, он ждал Кристину! Точнее, не ждал, как выяснилось только что, хотя он и с ней в разговоре этого не скрывал.
Позади меня остановилось такси.
— Хотел нажраться, — честно признался он. — Одна бывшая меня ограбить хотела, другая вдруг в гости собралась, не вывезу.
— Это я попросила её позвонить, — виновато опуская голову, сообщила я.
— Вот, как? Вы объединились, чтобы вместе меня прикончить?
Я терпеливо вздохнула.
— Давай поговорим. Пожалуйста.
Рома отошёл от калитки, пропуская меня во двор.
— Заходи, помнишь же, где дверь и как её открыть? Отмычка осталась? Сейчас, такси отпущу.
В дом без хозяина я заходить всё же не стала. Ждала перед дверью, гоня прочь мысли, что он сейчас просто уедет, а потом вызовет полицию, меня снова заберут отсюда, и там я уже не отверчусь. Но Рома вернулся. Мы прошли в дом, в гостиную, откуда я сбежала когда-то. В углу горел камин, я с удивлением посмотрела на хозяина дома.
— Летом?
— Холодно, — тихо ответил он. — Присаживайся, я кофе сделаю, — Рома ушёл, я уселась в предложенное место, радуясь, что он меня всё же не выгнал.
Только вот текст, как я и думала, из головы выветрился, но у меня было время, чтобы вспомнить, зачем я приехала.
В камине трещали угли, а я, задумчиво смотря на огонь, размышляла над словом "ирония". На ум приходило только это, если судить по сложившейся ситуации, и я, ожидая его, даже погуглила, любопытничая, правильно ли понимаю значение данного слова. Итак, "ирония" — тонкая насмешка, выраженная в скрытой форме. Хм… ну, выходит, что правильно. Насмешка судьбы, не иначе. Надо же, как бывает. Оказывается, судьба везде найдёт, как ни прячься. А потом отомстит за прятки в виде вот такой вот "насмешки". Что ж, раз деваться некуда, придётся принять всё, что уготовила для меня судьба. Наверное, пора. Да, Каролина… никогда не говори "никогда".
— Прости, что так долго. Решил нормальный кофе сварить, растворимый — редкостная гадость, а у меня такие гости, — раздался за моей спиной тихий голос. — Или, может, чай? — он поставил на столик передо мной чашечку, сам присел на соседнее кресло. — Покрепче не предлагаю, а то от тебя, оказывается, всякого можно ожидать. Лучше не рисковать.
— Я люблю кофе, — улыбнулась я, вовсе не обижаясь на его подколки. Он вообще мог сейчас послать меня куда подальше. — Спасибо, — отхлебнув из кружки ароматный напиток, улыбнулась ещё раз, оценивая вкус. — Я вот так не умею варить.
Да что я вообще умею, кроме как всё портить?
— Итак? — он строго приподнял одну бровь, а я тяжело вздохнула. — Вряд ли ты пришла попробовать мой кофе. Ты хочешь что-то мне сказать?
Я виновато опустила голову.
— На самом деле, я не знаю, зачем пришла. Ты ведь и без меня всё знаешь, а мне просто дико стыдно.
— Знаю, — кивнул он. — Скажи мне только одно: ты сразу была в курсе, что в планах был я? Ну, это если отмести тот вариант, что всё это вообще и было именно твоей идеей.
— Ром, — вдохнула я. — Я понимаю, что ты вряд ли мне поверишь, да и вообще… клянусь, я даже не знала, что они собираются сделать! И, тем более, про тебя!
— Значит, это просто земля такая круглая, что мы с тобой чисто случайно встретились в такой ситуации? — неверяще усмехнулся он.
— Я не знаю, что сказать…. Кроме того, что, как бы там со стороны ни казалось, я действительно не причём.
— Я даже не знаю, кто они такие! — вдруг воскликнул он. — Но с тобой-то мы знакомы! Только ты могла навести их! Ещё и проверила, как я живу, и стоит ли!
— Да зачем мне это?! — тоже перешла я на крик, но потом обессилено выдохнула, понимая, что кричит он на меня вполне заслуженно, а я должна молчать в тряпочку. — Да, я сейчас живу не так хорошо, как ты, но… я никогда бы на это не пошла…. Пожалуйста, поверь мне….
Рома поднялся, отошёл к окну, повернувшись ко мне спиной, тяжело вздохнул:
— Рассказать отцу — он бы долго надо мной смеялся. А я… я бы и так тебе всё отдал, Каролина.
— Мне ничего не нужно, — сглотнула я, тоже поднимаясь. На ватных ногах подошла к нему, встала за крепкой спиной, но коснуться не решилась, боясь, что он этого не хочет. — Прости меня за всё, Рома. И спасибо, что после всего помог мне.
— Папка рассказал? — усмехнулся Алиев. — Странно. Мы договорились, что он не скажет.
— Он изменился.
— Все мы изменились.
— Ты — нет, — улыбнулась я.
Да, это всё тот же парень, в которого я дико влюбилась десять лет назад.