Умоляюще оглядывался другой.
- И это все, на что способен непобедимый?- тотчас следовала «поддержка».- А рассказывали про тебя невесть что...
Конечно, после таких слов соперники снова поднимали возню, неуклюже и слабо
тыкая кулаками в воздух. Но хватало их теперь ненадолго. Прошло еще полчаса... Казалось, Кольбаю и самому надоела собственная затея. Он сидел, опустив голову, словно размышляя о чем-то. А измученные Талпак и Сарыауз уже не сводили с него глаз. Кольбай же лишь изредка окидывал их хмурым взглядом и тогда крылья его ноздрей начинали трепетать, он беззвучно смеялся.
Наконец вернулась запыхавшаяся Жамал.
Мусы дома нет, будь он неладен! Талпак и Сарыауз стояли посреди юрты, вяло упираясь друг в друга. Когда вошла Жамал, они все же не ударили лицом в грязь, еще разок взмахнули кулаками. Если бы Жамал знала, как они ждали сейчас Мусу...
Ах, да, верно. Он ведь в город поехал,- спокойно откликнулся Кольбай. Мусу, за которым он посылал жену, сам же Кольбай вчера проводил в дорогу. Тяжелый горький вздох вырвался у обоих драчунов.
Давно не обращавший на них внимания Кольбай проворно спрыгнул с сундука и, подойдя к ним вплотную, резко бросил:
- Ну, теперь хватит! Кончайте!..
Талпак и Сарыауз не заставили его повторять.
- Мразь проклятая!- Лицо кузнеца пылало от гнева и долго сдерживаемого негодования. Даже Жамал видела Кольбая таким впервые. Глаза его так и впились в растерянные лица парней.- Вознеслись до небес, и есть отчего: байскими сторожевыми псами заделались.
Вы когда-нибудь над своею жизнью задумывались? Чье богатство, чей покой охраняете? Кому это нужно?.. Хозяева смеются над вами, издеваются, а вы и рады! Уходите отсюда!..
И Кольбай стал выгонять родичей из
дома.
Измученные парни не выдержали, заплакали от стыда. Глядя на них, прослезилась и Жамал. Талпак и Сарыауз давно ушли, а она все еще не могла успокоиться, не могла понять мужа.
Прибирая разгромленную во время драки кибитку, она спросила сквозь слезы:
- Что с тобой сегодня? С чего ты это все затеял?..
- Темные мы еще...- ответил Кольбай глухим голосом.- Блуждаем в потемках...
Он уже тащил к очагу кузнечные мехи, собираясь приняться за работу.
Глава 2
И после этого также утекло немало воды...
Тысяча девятьсот двадцать первый год. Кольбай, Талпак и Сарыауз втроем возвращались с областного съезда союза «Косшы». По всему было видно, что в их жизни произошли большие перемены. Под седлами у них уже не слабосильные клячи, еле ноги переставляют, а ладные крепкие кони. Да и одеты всадники не в прежнюю рвань.
За плечом Талпака старая почерневшая берданка. Она не стреляет, но Талпак не расстается с ней, ему кажется, что с ружьем он выглядит внушительнее. В эти дни оба - и Талпак, и Сарыауз - совсем лишились покоя.
Уж очень большой перед ними выбор, глаза разбегаются...
- Вот возьму и милиционером стану.
- Посыльным в волисполкоме лучше!
- А может, прямо в помощники судьи или следователя махнуть?- похвалялись они друг перед другом.
Кольбай, прочно обосновавшийся в союзе, смотрел на них с огорчением.
Давно им не приходилось собираться вместе, и Талпак с Сарыаузом решили, видимо, показать себя перед Кольбаем в этой поездке. Они многозначительно переглянулись между собой, словно о чем- то договариваясь.
- У Студеного ключа,- небрежно заметил Талпак,-находится аул бая Жамана. Давайте остановимся у него, передохнем...
- Верно, пусть Кольбай на нашу теперешнюю жизнь посмотрит,- добавил Сарыауз. Нетерпеливо заерзав в седле, он словно подталкивал своего коня.- Айда, поехали! - И он решительно дернул поводья, подхлестнув своего гнедка.
- А вам все еще мало?- уронил Кольбай с безразличным видом.- Не пора ли кончать обивать байские пороги?
- Как это - обивать пороги?- вскинулся Талпак. - Как эти твои слова понимать?
- Обивать пороги - теперь баям черед. Оставим им это дело. А мы ничего не потеряем, если остановимся у Жамана,- возбужденно подхватил Сарыауз.
Возможность свободно ночевать и угощаться в байских юртах представлялась Талпаку и Сарыаузу признаком независимости, равноправия и даже неким возмездием на былые лишения. И пользовались они этими своими правами при каждом удобном случае.
Сегодня они решили показать свое новое положение и Кольбаю.
Кольбай слушал не перебивая, опустив голову, как делал всегда, когда не хотел спорить или считал, что возражать бесполезно. Со стороны можно было подумать, что он внимательно рассматривает щетки на ногах своего коня, а ноздри у него так и дрожали от беззвучного смеха.