Сообщение оказалось не от Ваканы. Это было бы слишком хорошо. Английские буквы на экране сообщили мне, что такого абонента не существует.
Это означало одно. Вакана сменила адрес почты, но не сообщила мне об этом. Значит, она не посчитала необходимостью поддерживать со мной связь.
Конечно же, всегда имеется возможность, что Вакана случайно забыла это сделать. Очень скоро я бы мог даже узнать о ее новой почте.
Но почему-то казалось правдой первое. Уже много времени прошло.
И Мияги, похоже, поняла ситуацию, тогда как я с пустым взглядом уставился в экран телефона.
Стремительно подойдя ко мне, девушка заглянула в телефон.
– Теперь давайте сопоставим ответы, – сказала она. – Девушка, которой вы только что пытались дозвониться, была вашей последней надеждой. Мисс Вакана - последний человек, который, как вы думали, может полюбить вас. Полагаю, сделай вы шаг, когда она весной подошла к вам, у вас получилось бы неплохо поладить. Случись это, вероятно, ценность вашей жизни не оказалась бы такой маленькой… Теперь уже слишком поздно. Мисс Вакана безразлична к вам. Нет, больше того, она довольно раздражена вами, так как вы проигнорировали ее чувства. Может даже, она решит показать вам своего парня.
Мияги говорила таким тоном, будто разговор идет не про человека прямо перед ней.
– Отныне больше никогда не появится человек, который полюбит вас. Факт того, что вы видите в людях лишь средство для утоления собственного одиночества гораздо заметнее.
Из окна по соседству раздался счастливый смех. Похоже на компанию школьников. Свет из их окна даже не сравнится с моим.
Раньше я не обращал внимания, но сейчас это пронзило меня в самое сердце.
Телефон зазвонил в неподходящее время. Это была Вакана. Мне хотелось проигнорировать ее. Однако у меня не было желания беспокоиться о том, что она перезвонит позже. Поэтому я ответил.
– Кусуноки, ты звонил? Что случилось? – может, это был ее обычный тон, но, возможно, из-за предшествующего разговора мне казалось, что она меня критикует. Словно говорит мне, что какой смысл в том, чтобы звонить спустя столько времени.
– Прости. По ошибке позвонил, – сказал я, пытаясь казаться веселым.
– В самом деле? Похоже, правда. Кусуноки, ты не из тех, кто первым звонит, – Вакана засмеялась. И смеялась так, будто это действительно смешно. Словно подчеркивая, что именно поэтому она меня отвергла.
– Верно, пока, – ответил я ей и завершил вызов.
На секунду соседи стали шумнее.
Мне не хотелось возвращаться, поэтому я встал и закурил.
После двух сигарет направился в супермаркет неподалеку. Побродив немного внутри, я сложил в корзину шесть банок пива, жареную курицу и чашку рамена.
В итоге потратил первые деньги из трехсот тысяч иен, которые получил с продажи жизни. Мне бы хотелось тщательнее выбирать покупки, но я просто не представлял, что именно купить.
Мияги шла со своей корзиной. Девушка наполнила ее питательными батончиками и минеральной водой. Хотя это не странно в своей сути, однако, заметив ее в процессе покупок, я с трудом представлял, что она съест купленное.
Мияги не особо ощущалась человеком. Так что простые человеческие потребности, как, например, в пище, казалось, ей чужды.
Должно быть, мы выглядим как парочка, которая вместе выбралась за покупками. Я молча размышлял про себя. Приятная, но действительно глупая иллюзия.
Мне даже подумалось, что будет хорошо, если люди подумают то же самое.
На всякий случай уточню. Мияги со мной неприветлива. Однако жить с девушкой и вместе ходить в магазин за едой и пивом в домашней одежде - было моим потаенным желанием.
Каждый раз, видя за этим какую-нибудь пару, я слегка вздыхал. Я наслаждался поздней прогулкой в супермаркет с девушкой. Пусть и ее цель - наблюдать за мной…
Пустое счастье, возможно. Но не судите, для меня оно было настоящим.
Мияги быстрее меня закончила с самообслуживанием. И после с покупками вернулись домой.
Соседи все еще шумели. Я часто слышал шаги через стену.
Если честно, я завидовал им. Ранее я этого никогда не чувствовал. Видя компанию людей, весело проводящих друг с другом время, я лишь задавался вопросом, что в этом веселого.
Но осознание приближающейся смерти исправило мою безнадежно испорченную систему ценностей. Больше всего я жаждал общения.
Думаю, большинство людей в такие моменты обращаются к семье. Чтобы ни случилось, всегда можно рассчитывать на поддержку семьи. Так что это место, куда можно вернуться. Я знал, что все так думают.