Химено уставилась на свои руки лежащие на столе, глазами маленькой, запуганной девочки.
– А что насчет тебя, Кусуноки? Уверена, что ты тоже изменился за эти десять лет.
С этого момента, я начал потихоньку терять свою невозмутимость.
– Ты не единственная, кто остался без изменений, Химено. С того дня, как мы разошлись, я был таким же. Проживая год за годом в полном одиночестве, мне казалось, что мир существует только ради того, чтобы разочаровать меня. Наверное, я уже был мертв. Вот почему, всего несколько дней назад я...
Я знал что все расскажу. С самого начала я понимал, как это прозвучит для Химено. И я понимал, насколько глупо было это делать. Но ничто не могло меня остановить.
– Я продал продолжительность своей жизни... По 10.000 йен за каждый год.
Лицо Химено побледнело и стало озадаченным, но я уже не мог прервать поток слов. Я позволил всему что было внутри меня, наконец выйти наружу.
Я скакал с одного момента на другой: Магазин, который купил мою жизнь. Как я ожидал кучу денег, а получил всего десять тысяч. О том, как в отчаянии от своего будущего, продал все кроме трех месяцев. И как с тех пор за мной следит невидимый наблюдатель.
Я лепетал так, что вызывал сочувствие у самого себя.
– Ты не можешь ее видеть, но мой наблюдатель здесь, прямо сейчас, – сказал я, указывая на Мияги. – Вот, прямо тут. Это девушка, по имени Мияги. Она всегда говорит резкие вещи, но если просто пообщаться с ней, то она на самом деле...
– Эй, Кусуноки. Я не хочу тебя обижать, но... Ты хоть представляешь, насколько это все нереально? О чем ты вообще говоришь? – извиняющимся тоном спросила Химено.
– Да, я знаю, насколько нелепо это звучит.
– Верно, это просто смешно... Но знаешь, Кусуноки, несмотря на это, я не могу сказать что ты лжешь. Ни когда ты говорил что у тебя осталось мало времени, ни про девушку которая наблюдает за тобой. Мы знаем друг друга достаточно долго, чтобы я смогла это понять. Поэтому, хоть это и сложно - я могу поверить, что ты не лжешь о продаже своей жизни.
Было бы трудно объяснить, как я сейчас был счастлив.
– Сожалею, что откладывала, но на самом деле я тоже кое-что скрывала...
Химено откашлялась прикрыв рот платком, затем встала.
– Прости. Давай продолжим после еды, – сказала она, и вышла из-за стола.
Она направлялась к туалету, и я пропустил ее.
Наш заказ уже принесли, и я надеялся что Химено скоро вернется. Я должен был услышать что она хотела мне рассказать.
Вот только Химено так и не вернулась.
Она отсутствовала уже долгое время, и я забеспокоился, что она упала в обморок от анемии или еще что-то случилось, и обратился к Мияги:
– Извини, но не могла бы ты проверить? Может с ней что-то случилось?
Мияги лишь молча кивнула.
Она вернулась через несколько минут и сообщила мне, что Химено исчезла.
Я обошел весь ресторан, но ее нигде не было.
Поверженный, я вернулся на свое место с остывшими блюдами. Все силы покинули меня. Я чувствовал что-то тяжелое и неприятное внутри.
Горло пересохло и хотелось пить. Я попытался схватить свой стакан, но ничего не видя – разлил воду по столу.
Я медленно пережевывал свою холодную пасту.
Некоторое время спустя, Мияги села напротив меня и стала есть порцию Химено.
– Даже холодное, очень вкусно, – сообщила она.
Я же ничего не ответил.
Закончив с едой, я так и не понял, что такое съел.
– Хей. Мияги. Скажи честно. Как ты думаешь, почему Химено ушла?
– Возможно, потому что посчитала вас за сумасшедшего.
В некотором смысле, это было правдой.
Но на самом деле, правда была немного сложнее, и Мияги тоже это понимала.
И она скрывала это ради меня.
Расплатившись по счету и выйдя на улицу – я услышал, как кто-то окликает меня сзади. Я обернулся и увидел спешащего ко мне официанта.
– Женщина с которой вы пришли, она просила передать это вам, – сказал он мне, протягивая какой-то листок.
Это записка, которая кажется была вырвана из записной книжки.
Я не спешил ее прочесть.
И все таки сделав это - обнаружил что Мияги лгала мне всё время.
– Ты всё время это знала, и скрывала от меня?
– Да, я поступила так. Прости.
– Нет. Не извиняйся. Ты подарила мне хороший сон.
Я был единственным, кому тут нужно было извиняться. Но у меня не оставалось сил, чтобы признать собственную вину.
– И, в оригинальной версии моей жизни - Химено это сделала, не так ли?
– Верно. Она совершила это прямо на ваших глазах, господин Кусуноки.