Я вздохнул и задал главный вопрос:
– Что заставило тебя дать 300.000 тому, кого ты впервые увидела?
– Я не имею ни малейшего понятия, о чем вы говорите, – ответила Мияги и отвернулась.
Я уселся в противоположном от Мияги углу, и как она обхватил свои колени. Это заставило ее слегка улыбнуться.
– Можешь притворяться и дальше, – начал я. – Но я все равно хочу сказать тебе: "Спасибо".
– Всё в порядке, – покачала головой Мияги. – Если бы я хранила верность этой работе, то непременно умерла бы прежде, чем смогла выплатить долг, совсем как моя мать. Даже если я всего лишь должна была заплатить, и быть свободной - никто не обещал мне хорошей жизни после этого. Поэтому, я решила что лучше использую деньги подобным образом.
– Так сколько я стоил на самом деле?
Последовала пауза.
– 30 йен... – прошептала Мияги.
– Три минуты разговора, – рассмеялся я. – Прости что вот так вот выбросил твои 300.000.
– Еще бы. Я действительно рассчитывала, что вы будете больше тратить их на себя.
Слова Мияги казались сердитыми, но ее голос был мягок.
– Однако, разумеется я понимаю как вы себя чувствовали, господин Кусуноки. Возможно даже, причина по которой я дала вам 300.000 йен, и причина по которой вы раздали эти деньги незнакомцам в основе своей одинаковы. Я чувствовала себя одинокой, печальной, пустой и отчаявшейся. Таким образом я сделала что-то необоснованно альтруистичное... Хотя, если бы я не лгала вам, и сразу сказала бы правду, скорее всего, вы бы так и не продали свою жизнь. В этом случае, вы могли бы пожить подольше. Я сожалею о своем поступке.
Мияги говорила это зарывшись лицом в колени, разглядывая свои ногти.
– Наверное, я хотела хоть раз побыть чьим-нибудь единственным спасителем. Я хотела подарить себе эту возможность, но... похоже я пыталась спасти саму себя - помогая тому, кто оказался в таких же жалких обстоятельствах. В любом случае, все это было лишь последствием моей извращенной доброты. Простите.
– Это не так, – возразил я. – Если бы ты мне сразу сказала, что моя жизнь стоит 30 йен - я бы сошел с ума, и распродал всё, оставив три дня. Что куда меньше трех месяцев. Если бы ты не соврала мне, я наверное никогда бы так и не отправился в поездку по торговым автоматам, не сделал всех этих журавликов, не увидел бы звезды и светлячков.
– У вас никогда не было причины отчаиваться. 30 йен - не более чем цифра навязанная какими-то большими шишками, – настаивала Мияги. – По крайней мере для меня вы можете стоить как 30 миллионов так и 3 миллиарда, господин Кусуноки.
– Остановись, это слишком странное утешение, – улыбнулся я.
– Это правда!
– Если ты будешь слишком добра ко мне, это лишь сделает меня несчастным. Я уже знаю что ты хорошая девушка, тебе нет нужды продолжать.
– Вы и правда можете сильно раздражать... Просто успокойтесь и дайте мне вас подбодрить... Кроме того, это не утешение или доброта. Я всего лишь говорю то, что хотела сказать вам. И мне не важно что вы об этом думаете, – сказала Мияги немного смущаясь и низко опустив голову.
Затем она продолжила:
– Действительно, сначала я думала что вы были человеком, который заслуживает лишь 30 йен. Когда я давала вам 300.000, это целиком и полностью было для моего самоудовлетворения. Мне не было никакого дела до того, что это были вы, господин Кусуноки... Но постепенно мое мнение поменялось. После инцидента на вокзале, вы приняли мою историю близко к сердцу, не так ли? Вы сочувствовали моим обстоятельствам, необходимости продать время. С тех пор, вы перестали быть лишь объектом моего наблюдения, господин Кусуноки. Это само по себе было значительной проблемой, но дальше их становилось все больше. Знаю, для вас это наверняка ничего не значило, но я была рада что вы готовы со мной поговорить. Ведь я всегда была невидимкой. Быть игнорируемой всеми - часть моей работы. Даже такие простые вещи как разговор в ресторане, походы в магазин, и то как мы держась за руки прогуливались вдоль реки, всё это было похоже на сон. Вы первый человек, который никогда меня не игнорировал, вне зависимости от времени и обстоятельств.
Я не знал что здесь можно ответить.
Я даже представить себе не мог, что кто-то будет настолько мне благодарен.
– Если тебе нравится, то я могу продолжать в том же духе, – пошутил я, и Мияги кивнула.
– Было бы неплохо. Ведь... я действительно вас люблю.
Хоть и бесполезно любить того, кто почти ушел в мир иной.
Она печально улыбнулась.
Я замер, и какое-то время не мог пошевелить губами чтобы хоть что-то сказать. Я не мог даже моргнуть.