Я вышел наружу и взглянул на старый рекламный щит у края дороги. На нем висели плакаты о летнем фестивале, наблюдении за светлячками и звездами, а также о книжном клубе.
По ту сторону забора я учуял запахи татами и ладана, смешанного с ароматом деревьев. Несколько ностальгически. В доме неподалеку звенели колокольчики.
Старик закончил оценивать. Мне заплатили две трети того, что я ожидал получить. Тогда владелец магазина произнес:
– Эй. Мне надо тебе кое-что сказать.
– Да?
– У тебя ведь туго с деньгами сейчас, да?
– Не то чтобы только сейчас это началось, – ответил я двусмысленно. А старик понимающе кивнул.
– Меня не заботит, насколько ты беден. Или почему стал бедным. Просто кое-что хочу спросить.
Старик сделал паузу:
– Не хочешь ли продать часть своей жизни?
Ответ мой запоздал из-за того, что меня сбила с толку странная фраза:
– Часть жизни? – переспросил я, намереваясь убедиться, что правильно его понял.
– Да. Годы жизни. Нет. Не я покупатель. Только знаю, что на самом деле их много продают.
Не похоже, что мои уши сыграли со мной злую шутку из-за жары.
Я на миг призадумался.
Должно быть, из-за страха перед старостью этот старик выжил из ума. Сначала я пришел именно к этому выводу.
Увидев мое выражение, старик продолжил:
– Не могу винить тебя, если думаешь, что я шучу. Или посчитал, что я – старик-маразматик. Но если захочешь убедиться в этой чепухе. Сходи куда тебе покажу. И ты увидишь, что я не лгу.
С недоверием я полностью выслушал его объяснение. Короче говоря, он мне сказал вот что.
На четвертом этаже здания неподалеку есть магазин, который покупает годы жизни. Цена разнится от человека к человеку. Она тем больше, чем более полную жизнь ты проживешь.
– Я на самом деле тебя и не знаю-то. Но не похоже, что ты плохой парень. Полагаю, тебе нравятся книги. Это должно иметь какую-то ценность, не так ли?
С ностальгией я вспоминал тот урок из начальной школы. И понимал, насколько все похоже.
По словам старика в этом магазине можно продать еще время и здоровье.
– Какая разница между годами жизни и временем? – спросил я. – Не уверен, что они как-то отличаются.
– Подробностей не знаю. Ведь я никогда не продавал ничего из этого. Но больные до неприличия люди могут жить десятками лет. А здоровые внезапно умирают. Должно быть, разница есть какая-то, так? Хотя не представляю, что это за сделка со временем.
Старик набросал карту на листок блокнота и записал номер.
Поблагодарив его, я покинул магазин.
Я был уверен. Тот магазин, промышляющий годами жизни – лишь фантазия старика. Он придумал его, чтобы чувствовать себя лучше. Должно быть, старик боялся приближающейся смерти. Поэтому придумал про возможность купли-продажи жизни.
Так что, имею в виду, не слишком ли это здорово, окажись оно правдой?
Мои предположения оказались наполовину верными.
Это было действительно слишком здорово, чтобы быть правдой.
Но предположения были также наполовину неверными.
Магазин, который занимается жизнью, действительно существовал.
После продажи книг ноги повели меня в магазин дисков.
Как ужасно, что солнечные лучи отражаются от асфальта. Капли пота стекали с лица. Мне хотелось пить. Но у меня не было денег даже на сок из автомата.
Придется дотерпеть, пока не доберусь домой.
В отличие от книжного в магазине дисков стоял достойный кондиционер. Когда автоматические двери открылись, меня окатил прохладный воздух. Мне хотелось растянуть эти ощущения.
Я глубоко вздохнул, позволив воздуху попасть в легкие. В магазинчике играла известная летняя песня. Полагаю, она все также популярна, как во времена моей средней школы.
Подойдя к стойке, я подозвал светловолосого продавца и показал тому на бумажный пакет в правой руке. Парень с сомнением глянул на меня.
Выражение его лица постепенно менялось на такое, будто я предал его. Оно кричало, мол, как я могу спускать все эти диски. В целом, такая же реакция, как и у старика из книжного магазина.
– И зачем всё это продавать? – спросил меня блондин. На вид ему больше двадцати. Глаза его выглядели поникшими. Он был одет в футболку с рок-группой и потертые джинсы. Пальцы парня нервно двигались.
Как и в книжном, здесь я объяснил обстоятельства, почему мне приходится продавать диски. Продавец хлопнул в ладоши и сказал:
– В таком случае… есть у меня нечто классное для тебя. Может, мне не стоит рассказывать… Однако мне понравился твой музыкальный вкус, дружище. Так что только между нами, лады?