– Можно отдать её Дариниэль.
– Ты прав! Значит, вам придётся подождать ещё немного.
– Зачем мне шкура? – интересуюсь я.
– На ней приятно спать, потому что шерсть шаймы очень мягкая. А ещё её можно использовать вместо ковра, поскольку такая шкура не вымазывается и не намокает.
– Но раз она такая чудесная, почему ты отдаёшь её мне?
– Хочу сделать тебе подарок, – мягко улыбается Тираэль, и в его глазах появляются маленькие снежинки.
Завороженная его взглядом, киваю:
– Спасибо!
Через десять минут Ханиэль упаковывает шкуру и добытые ингредиенты. Мы по очереди посещаем кустики, а затем продолжаем путь.
Через пару часов окружающий пейзаж начинает меняться: появляются исполинские ели, а местность становится холмистой. За переплетением ветвей всё ещё не удаётся рассмотреть небо, зато птиц в этом месте гораздо больше, и все они очень красивых расцветок: розовые, похожие по форме на сорок; лазурные с белыми грудками; маленькие изумрудные с тонкими клювами.
Через час останавливаемся на привал. Обедаем лепёшками с мясом, а потом продолжаем путь. Очень удивляет, что эльфы до сих пор не выглядят уставшими, дышат ровно и двигаются бесшумно.
Когда сумерки сгущаются настолько, что совершенно не получается различить хоть что-либо дальше пары метров, Тираэль объявляет ночёвку. Эльфы усаживают меня на ствол поваленного дерева, а сами начинают разбивать лагерь. Ханиэль достаёт палатку. Тираэль берёт палку и выписывает на земле вокруг лагеря символы, а затем немного присыпает их каким-то тёмным порошком.
– Может быть, я могу чем-то помочь? – чувствую себя неловко, никак не участвуя в обустройстве лагеря.
– Мы и сами справимся, – улыбается Ханиэль. – Отдыхай. Ты ещё не совсем восстановилась.
– Я не устала, – протестую я.
Он поднимает голову от ткани, которую распределял по земле, и в его глазах веселятся золотистые искорки:
– Если нам понадобится помощь, мы сообщим… Скажи, ваш мир похож на наш?
Качаю головой:
– У нас нет эльфов. Да и деревьев со светло-жёлтой корой и круглыми листьями тоже. А ещё наши птицы выглядят иначе. Обычно они чёрные, белые или серые… Не такие яркие. По крайней мере, в той стране, где я жила.
– А ели у вас есть?
– Да, – киваю я. – Только таких здоровенных я не видела.
– В вашем мире живут только люди? – он вбивает колышки в землю и ставит палатку.
– Да. У нас есть сказки, в которых рассказывается о других расах, но они не претендуют на правдоподобность.
Тираэль выходит к палатке и метрах в двух от неё сгружает на землю охапку веток. Разламывает их, не смущаясь тем, что некоторые экземпляры толщиной с мою руку, и складывает костёр. Зажигает он его необычно: протягивает ладони, затем резко разводит их в стороны, и одновременно с этим на палках появляется огонь.
– Ого! – мне не удаётся сдержать восхищённый возглас.
Тираэль оборачивается и улыбается:
– Тебя легко впечатлить.
Киваю:
– В моём мире не было магии. То, как ты залечил порез на моей руке, тоже меня впечатлило. Только я не поняла, зачем вообще нужно было резать мне ладонь.
– Через разрывы в ткани реальности иногда проходят существа, выглядящие как люди или другие разумные расы, но ими не являющиеся. У демонов кровь синяя, у нежити её и вовсе нет.
– У вас есть демоны и нежить?
– В нашем мире их раньше не было. Но с тех пор как появились разрывы в ткани реальности, они иногда пробираются. Разговаривать они не умеют, очень кровожадны, но при этом хитры: могут выжидать удобный момент, для того чтобы напасть... Пойду наберу воды, – он достаёт из мешка котелок и отправляется куда-то за деревья.
Передёргиваю плечами:
– Похоже, в вашем мире опасно.