Сморю на Ханиэля снизу вверх. Наслаждаюсь его напрягающимися мышцами, выражением лица, тем с какой страстью он на меня смотрит. Чувствую себя красивой, желанной, особенной. Из-за этого возбуждение смешивается с щемящей нежностью и восхищением. Чтобы не кончить слишком быстро, отворачиваюсь и прикрываю глаза. Вот только с закрытыми глазами ничего не остаётся, как сосредоточиться на наших стонах, скрипе кровати и ощущениях внизу живота. И оказывается, что это не менее возбуждающе. Кончаю так бурно, что тело выгибает дугой. И Ханиэль кончает тоже, судя по теплу, что разливается у меня внутри.
Он ложится рядом и прижимает меня к груди:
– Нужно сходить помыться.
– Это обязательно? – похоже, силы окончательно покинули моё тело и я превратилась в медузу.
– Могу сам тебя вымыть.
– Давай.
Он касается губами моей щеки, встаёт и берёт меня на руки, затем опускает в ванну и старательно отмывает.
Чувствую себя странно. Вроде бы и неловко, ведь я уже взрослая женщина. Но и приятно. Причём даже не сам процесс мытья, а его забота. Да и сил нет совершенно. И, если откровенно, мне очень нравится происходящее.
Ханиэль укутывает меня в полотенце, относит в спальню, укладывает в кровать и уходит мыться. А я погружаюсь в сон.
Глава 9
Утром просыпаюсь в одиночестве. Одеваюсь, умываюсь и отправляюсь на кухню. Меня встречают аппетитные запахи и улыбающийся Ханиэль:
– Ты проснулась?
– Да, – улыбаюсь я.
– Собирался узнать ещё вчера, но забыл, поэтому спрашиваю с опозданием: что тебе нравится есть на завтрак?
Пожимаю плечами:
– Да мне особо без разницы, главное, чтобы еда не была сладкой. Имею в виду, чтобы завтрак не состоял только из сладкой выпечки или каши на молоке. Если она на молоке с орехами – уже нормально.
– Я привык завтракать яйцами, мясом, хлебом и овощами.
– Это меня полностью устраивает. Помочь с сервировкой?
– Где тарелки и вилки ты знаешь, так что вперёд.
Как только заканчиваю, Ханиэль ловко раскладывает еду по тарелкам.
Во время завтрака интересуюсь:
– Ты снова сегодня работаешь?
– Да. У нас всего шесть лекарей. Двое служат с дозорами, один практикует в долине, а оставшиеся – посменно в больнице. Я подумал, что пока ты днём с Рамиэль, мне самое время подежурить.
– Понятно... Получается, ты просто сидишь в больнице и ждёшь, пока придёт кто-то, кому нужна твоя помощь?
– Не совсем. У нас есть огород с лечебными травами, требующий ухода. Ещё мы делаем лекарства и лекарские амулеты. Пациенты тоже бывают, но нечасто.
– Получается, скучать тебе некогда?
– Вроде того.
После завтрака он уходит, а я мою посуду и убираю со стола.
Не то чтобы я забыла об утренних тренировках с Тираэлем, просто старательно гнала от себя эти тревожные мысли. А вдруг он обиделся из-за того, что я сбежала? Придёт ли он теперь? А вдруг позовёт, но больше не попытается меня поцеловать? А если подумал, что он мне не нравится?
Волнение смешивается с беспокойством и надеждой. И даже так сразу не понять, чего больше.
Тираэль появляется примерно в то же время, что и вчера. И произносит так же дружелюбно:
– Доброе утро, Дариниэль! Не передумала насчёт тренировок?
– Доброе утро, Тираэль. Я не передумала, – взгляд цепляется за шикарный обнажённый торс, и приходится приложить усилие, чтобы не пялиться.
– Тогда давай снова начнём с разминки. Повторяй за мной.
Повторяю, но по большей части залипаю на шикарном теле – мне же нужно повторять, Тираэль сам попросил. Широкие плечи, тонкая талия, рельефные руки и кубики пресса – в нём всё идеально. Причём мышцы накачены ровно настолько, насколько мне нравится. И вены на руках выпирают. И кадык сексуально двигается, когда он сглатывает слюну. Такое ощущение, что кто-то подсмотрел мои фантазии и вылепил по ним двух идеальных мужчин специально под мои предпочтения.