Он целует Одри, наигранно и на глазах матери, когда они садятся за стол. Ее жизнь - череда ошибок, неправильных решений и попросту глупых поступков. Но сейчас она улыбается.
Кетрин же говорила, что нужно улыбаться, играть свою роль до конца.
Шон шепчет что-то про любовь и вечность, а в голове у нее серый шум непрерывным потоком.
Играть до последней минуты.
— Вы уже планируете свадьбу? Это хорошо, что вы теперь будите жить с нами. Будет много гостей. Обязательно пригласим соседей.
— Мы подумываем о том, чтобы снять жилье, но свадьба определенно будет здесь и гостей будет достаточно. Я погорю с отцом и надеюсь, он что-нибудь придумает насчет работы. Одри подготовила наши резюме.
— Хорошо сынок, но сегодня Кэмп идет в бар вместе с друзьями.
— Среда. Я уже и позабыл об этой традиции отца и его друзей. Я пойду вместе с ними.
— Среда, но я не понимаю, зачем нужна эта традиция?
Сын – гордость отца. Кэмп Фреу, не верит своим глазам, когда вернувшись с работы, переступая порог дома видит своего сына : веселого, улыбавшегося, полного жизни.
Нет сильнее любви к сыну. Он ведь не верил своим глазам, сдерживает слезы, ведь недопустимо то, чтобы мужчина проливал слезы. Кэмп переживал не меньше матери, просто легче все скрыть и пусть другие думают, что это безразличие. Мужчинам привычное скрывать эмоции. Мужчины тоже готовы пожертвовать многим. Мужчины тоже боятся. У мужчин тоже сжимается сердце.
Кэмп не верил, что его сын мертв и если его жена закричала и разбила чашку, плакала, после увиденного репортажа, тот проглотил подступивший ком и боялся сказать себе, что его сын – гордость отца мертв. А вдруг?
Он просто не осмелился вбить себе это в голову, и хорошо, что не вбил. Да, его вера была слаба, но Кэмп не упал, не заплакал и не сдался, не сошел с ума.
— Сынок…
— Отец…
Сколько он сходил с ума? Не важно, ведь сейчас его сын по-мужски жмет руку и этот жест можно назвать проявлением любви, особой, мужской.
Мужчина, в висках которого седина улыбается, не сдерживает слез прижимая к себе сына, как только тот протягивает ему руку.
— Сегодня никаких споров, папа.
— Мы всю жизнь спорим, Шон.
— Тогда, ты пойдешь на уступки и мы идем в бар после ужина? Я давно не видел Ади, а он качал меня на руках, когда мне было четыре.
— А сейчас ты уже совсем взрослый сынок… Как же быстро летит время.
Время и вправду летит быстро. Ночное небо, звезды. Кетрин успокаивается только тогда, когда дверь закрывается за спинами Шона и его отца. Лучше им и вправду уйти в место, где хорошо, где выпивка и где им не навредят. Она наблюдает, помогая матери парня вытирать посуду, ведь Одри сослалась на то, что ей нужно было разобрать вещи, но в реальности Одри должна сделать копию лекарство.
Полночь.
Пирс доверяет ей и пусть сейчас Одри сама не своя, когда в комнате загораются свечи и флакон с вытяжкой из вербены обращается точную копию лекарство лежащего в сундучке.
Она только начала понимать и за это время заклинание, которое ей дала Кетрин.
Только Одри начала бороться и приняла вызов судьбы.
Ей было страшно, но она справится. Теперь хотя бы она начнет контролировать свое тело и силы.
Внутри у нее все разбито вдребезги, внутри у нее отрицаемая любовь, которая рвет изнутри мышцы и сухожилия, внутри полное осознание проигрыша.
Кетрин Пирс проиграла любви.
Кетрин Пирс так дорожила своей свободой, но в один миг отреклась от свободы ради Элайджи.
Отреклась.
Стук ее каблуков отпечатывается на стенке черепа, что Одри даже не оборачивается, когда открывается входная дверь в комнату.
Кетрин улыбается видя в руках Одри копию лекарство.
— Получилось…
— Заклинание сработало. Спасибо за подаренный гремуар.
— Ты сохранишь лекарство пока я не вернусь.
— Ты желаешь, чтобы у дома родителей моего жениха собрались вампиры желающие заполучить лекарство?
— Иногда нужно быть ядовитой, чтобы отравились те, кто пытается сожрать. В гремуаре есть заклинание скрытия, которое будет связано с твоей жизнью. Пока твое сердце бьется вас никто не найдет.
— Спасибо…
— Всегда пожалуйста… Верни мне мой iPhone.
— Ты сказала, чтобы я надела на тебя смирительную рубашку, свернула шею, убила, спалила на солнце, если ты попросишь его вернуть. Желаешь позвонить ему? Ты же никогда не проигрываешь. Великая и безжалостная Кетрин Пирс проигрывает любви? Мне уже интересно…
— Да, ты услышала это. Пошло все к черту, потому что я больше не желаю притворяться, что не желаю слышать его голос. Я не могу забыть, не знаю, где он. Сколько еще мне сходить с ума?Сколько еще раз, я должна разбиться вдребезги, чтобы наконец-то стать счастливой? Я запретила себе влюбляться, запретила себя любить. Сейчас этот закон полетел к чертям. Лучше верни, если не желаешь, чтобы этот милый город обратился в груду камней.