Она ведь знает, что должна быть с ним, улыбаться, не может убежать, знает, проснется в его постели, после всего того, что произойдет между ними ночью. Она может уйти с наступлением рассвета, а он даже не перезвонит ей, потому что она – всего лишь развлечение на ночь, игрушка для удовлетворения своих потребностей.
Софи не дура и понимает это. Сколько в ее жизни было и будет. У Люсьена хотя бы все готово для того, чтобы свергнуть Майклсонов и она будет наблюдать, как умирать Клаус Майклсон.
Вампир со всей силы дернул ее за руки и развернул к себе, когда та уже собиралась уходить.
— Ты провоцируешь меня.
— Ч-что? Я ухожу, потому что я тебе не нужна. Найди кого-то достойного на сегодняшнюю ночь. Та в бирюзовом платье, что стоит в углу или блондинка, что сидит за барной стойкой, по ее шлюховатой одежде, можно сказать, что она как раз подойдет для одной ночи.
— Черт, ты хочешь продолжения, да?
— Нет…
— А я хочу только тебя, Соффи…
— Я уже все сказала и ты сказал заткнуться, вот я и ухожу.
Она всем сердцем и душей желала уйти, но не может. Знает, как любит Люсьен – грубо и необузданно, привык всем управлять. Поначалу чувствуешь невероятную боль, но потом становится так хорошо. И не хочется, чтобы это всё прекращалось. Знает, каким грубым и нежным он может быть.
Музыка продолжала играть. Люди все также танцевали. Они будто не замечали, что твориться вокруг. И это было очень странно. Странно, что они не видели, как та отбивалась от него. Его рубашка была разорвана, у Софи острые ногти.
Он упал, а вместе с ним упала и та, ведь Люсьен потащил ее за собой. Она упала на него. Она быстро дышала и закрыла глаза, чтобы немного успокоиться. Когда она открыла свои глаза, то ощутила его горячие губы на своих.
— Я нужна тебе, - попыталась прошептать та.
— Да – ответил он. — Я ненавижу расставаться со своими игрушками.
— Я убивала ради тебе, - пытается стать на ноги.
— Черт, ты убила ради меня. Это так мило. Я бы поцеловал тебя еще раз, но только уже, когда мы будем в моей квартире и я сниму с тебя это скучное платье, - говорит тот идя за ней следом. — Куда ты?
— Я тебе не нужна. Я ухожу и у девушке была четвертая отрицательная, редкая, - говорит хлопая входной дверью.
Она уходит в ночь, вдыхает полной грудью этот прохладный воздух.
Свободна?
Касл плетется за ней, ухмыляется, разводит руки в стороны.
Люсьен Касл долгое время тонул.
Когда еще был человеком тонул в крови и позоре. Он был всего лишь человеком. Жалкий и никчемный конюх.
Потом у него появилась сила. Ему этого хватило, чтобы вздохнуть, не оборачиваться.
Если он обернется, то все его грехи просто прикончат его. Словно придавят бетонной плитой. От боли невозможно избавится. Боль навсегда останется в сердце.
И Люсьен Касл тонул в алкоголе, который никак не помогал забыться.
В крови, которая была словно металл на вкус, заставляла почувствовать настоящую эйфорию.
В девушках, чтобы забыть одну единственную, которой отдал свое сердце.
В боли, которая всё сильнее сдавливала сердце.
Он тонул.
Волна мыслей могла затопить остатки воздуха в легких и надежды на ещё не потерянное будущее.
Если бы он не услышал свежий запах с легким ароматом цитруса.
Это заставило его очнуться, а потом он просто продолжил идти за ней.
Она тихонько стучала каблуками.
В его жизни Аврора Де Мартель – рыжеволосый Дьявол.
И вампир подумал, что если ангелы и вправду существуют, то они выглядят также, как Софи. Она сдержана, все переживает в себе. Сильная русская, со своими моральными принципами.
В черном платье, туфли на каблуках, украшение.
Они похожи.
Они были темными, как ночь.
Она казалась хрупкой. Казалась. На самом деле она была холодна как лёд, но в нужных руках таяла.
И он хотел стать для неё этими “нужными руками”.
Его уже не остановить.
— Неужели ты думаешь, что я оставлю тебя?
Меньше, чем через секунду Касл уже находился возле нее. Он обнял её за плечи, прижимая ее к стене.
Она барахталась, сверкнула красными глазами, но он не отпустил её. Тогда она расслабилась и позволила ему целовать ее, взъерошить волосы, охватила ногами за талию, а тот поддерживает ее своими руками, вжимает в стену.
Волна накрыла ее с головой. Волна страсти, желания, возбуждения.
— Ты - мой самый яркий пожар,- прошептал Люсьен.
Ее губы со вкусом шоколада, в глазах пламя и лучше бы ее застрелили без предупреждения.