— Что-то случилось? – шепчет Шон и лучше бы он уснул, но нет, он слышал и словно ощущал ее раздражение.
— Кетрин случилась, и она приедет за лекарством, и по правде говоря, я ее даже пускать в город не желала. Она может наказывать, а может проявлять милосердие. Но может это и к лучшему она заберёт лекарство, и мы заживем своей жизнью. Знаешь, мне бы на миг стать Кетрин.
— Кетрин? Злобной вампирсой шлюхой, которая любит только себя? Ну как понял из всего, что мы пережили, - пытается засмеяться тот.
— Стать, хотя бы на миг такой сучкой, которая добивается своей цели, - смело заявляет та.
— Смелой и добиваться своей цели, - хмыкает тот, оставляя на ее губах традиционный поцелуй перед сном. — Ты мне нравишься такой, Одри. Возможно из-за того, что ты не такая, как твоя подруга. Давай спать. Завтра будет тяжелый день.
— Да, нужно отдыхать, - отвечает на поцелуй и крепче прижимается к нему.
Туман, укрывающий Кетрин от внешнего мира, настолько густой, что ей, кажется, вглядываются в бесконечную пустоту, словно нет в этом мире никого и ничего, кроме нее и трупа в автомобиле. Где-то будет лучше без нее или забыть о ее существовании, но самолично короновавшей себя Кетрин, слишком эгоистична и избалована, чтобы считать, что мир может существовать без стервы Кетрин Пирс.
Ей легче дышать, когда организм подпитан кровью . Прощальная встреча с Элайджей, его объятья, ранившая ее сердце, бесконечно тасовавшие болезненные воспоминания. Теперь воспоминания. Не желает вспоминать, потому что слабеет. Любовь ослабляет, но одновременно это, как будто ты под кайфом. Пауза. Все, те, кто встанут у нее на пути, должны быть мертвы.
Кетрин кажется, что она обретает рядом с Элайджей то, что у людей зовется спокойствием: ей впервые за пять столетий не нужно мчаться, прятаться, лгать и предавать, только кончики ее пальцев все время подрагивает от мысли, если все разрушится и их время уйдет. Стерва ведь никогда не уступит. Стерва никогда не отдаст свое счастье.
Она не отпустит Элайджу.
Удовлетворенно усмехается, стоит отшатнуться от полыхающего автомобиля.
Свернуть за угол и пройти несколько кварталов до многоэтажного дома. Адрес верный и
Одри должна быть именно здесь.
У нее лицо прекрасной девушки,шоколадные кудри, карие глаза, а люди часто забывают, что значит вес прожитого, старые раны и сущность зверя, который порой думает только о том, как распотрошить очередную жертву. Мозг отключается, и инстинкты берут верх. Под этой маской Ангела скрывается Дьявол.
Может Элайджа единственный, который прощал ей все.
Они устали и эта любовь, то, что заставляет ее дышать и сражаться.
Воспоминания о Элайджи окрашены в темно-коричневые тона – цвет его глаз, зеленый и светлые ,серые тона – цвета его рубашек и галстуков. Черный – цвет его костюмов и даже ее цвет, но главное, что черный – цвет их любви. Во рту вкус сладкой крови и горечи из-за принятой вербены.
Ей вспоминаются поцелуй и ласки, когда его рука словно невзначай касалась ее пальцев, пламя, играющее в его глазах, который она передавала ему этот самый огонь, чувствовала его, его душу, он в поцелуе прикоснулся к костяшкам ее пальцев. Помнит, как сжал ее шею, локтевым суставом и ей было так комфортно в этом сладостным плену.
У нее есть стимул меняться. Меняться ради него и этой любви и веры в то, что они вместе обретут покой и вечную любовь. Пусть эта любовь и вправду будет настоящей, вечной, встречной, сейчас Кетрин верит в это. А что если она все испортит и тот оставит ее? Если они не смогут быть вместе? Пустяк? К лучшему?
От них все равно что-то должно остаться? Даже пепел.
За ее спиной раздувается ветер, позволяет себе снисходительную улыбку, наблюдая за тем, как загорается свет в квартире на втором этаже. Она верит, что однажды и в их с Элайджей доме зажжется свет. Она хочет этого. Она верит в это, ведь нужно же во что-то верить.
Верить в любовь, которая стала ее слабостью.
Они ведь чувствуют друг друга душой. Их душу всегда были связаны.
Ненавидит прощаться, потому что боится не вернуться, все испортить, все оборвать.
Пустяк.
Она сделает все, чтобы вернуться к нему. Верит в это.
Поднимается на третий этаж, звонит в квартиру с номером 34. Сюрпризом для Пирс становится магический барьер и ей приходится ждать пока Одри открывает ей дверь.
— Пригласишь? - Пирс замирает.
— Это не наша квартира, Кетрин, - она тянет, чуть манерно, и капризные нотки в ее голосе заставляют ее улыбнуться.
— Даже не думай играть со мной, ведьмочка, - в тон ей отвечает она и с вампирской скоростью оказывается рядом с дверью,. — Выйди ко мне и узнаешь, на что я способна.
— Я знаю Кетрин, - вздыхает делая шаг вперед и протягивая ей коробочку с лекарством. — Я сдержала свое обещание, Кетрин. На нем заклинание скрытия.