Элайджа ненавидит себя, как никогда прежде.
Ненавидит и чувства застыли.
Ненавидит это время.
В душе Хейли расцвело все, весна, она улыбается, идет вперед собирая бледно-голубые цветы. Она и вправду счастлива здесь рядом с любимым мужчиной. Тихая жизнь с теми, кто ей дорог, в сельской местности то, о чем мечтает Хейли Маршалл после всего пережитого.
— Мы могли бы быть счастливы здесь.
— Думаю, тут ты в этом костюме будешь выделяться.
— Я подумываю о джинсовых шортах и сандалях.
— Я хочу построить с тобой жизнь, Элайджа. С Хоуп. Хочу, чтобы мы были счастливы.
— И мы это сделаем. Вместе. В джинсовых шортах.
Элайджа целует ее в губы, даже пытается улыбнуться, ведь Хейли улыбается так искренне и верит в то, что Элайджа, ее герой защит ее от всех бед и сделает ее счастливой. Верит в то, что ради нее и Хоуп Элайджа пойдет на все.
Хейли Маршалл не знает, что на душе у него осень.
Хейли не знает, что ее герой до утра развлекался в постели с другой.
Хейли не знает, что Элайджа и нее.
Элайджа ее до дна, но не ее.
Хейли не знает, что он с другой и именно сейчас все ему напоминает о стерве Кетрин Пирс, даже разговор о джинсовых рубашках.
Этого героя никто не спасет.
Хейли не знает, что на дне то она, а не Кетрин Пирс.
Хейли не знает, что проиграда стерве Пирс.
Хейли не знает, что Элайджа Майклсон никогда не убьет в себе Кетрин Пирс.
Никогда не убьет ее в себе. Просто не решиться вырвать ей сердце или никогда не возвращаться в комнату с черной дверью.
Просто Кетрин Пирс победила и убила его…
Убила, если он не смог убить ее в себе, ведь побеждает тот, кто убивает первым. Кетрин убила первой.
Вот и все…
Элайджа знает это и сам, только и Хейли он оставить не может, ведь дал слова быть ее защитой навечно.
Элайджа Майклсон горит в огне.
И что им осталось?
Убить друг друга и все…
Вот и все...
Не отпускает…
И это называют любовью?
Глава 78. Может смерть послужит только началом?
"Ты моя тайна, я никому не скажу про тебя".
-1988.
*** Новый Орлеан. ***
Не может Марсель Жерард не прийти домой.
Не мог просто оставить город и ее.
Он всегда возвращается домой и это ведь так прекрасно, если желаешь возвращаться домой, а София все для этого делала.
Сегодня София просыпается в одиночестве, потягивается в постели, тянется за длинным черным шелковым халатом.
Его нет.
Сперва София думает, что Марсель ушел рано, но вода в душе не шумит, не слышаться грохот посуды на кухне и София чувствует некую пустоту.
Одиночество.
Она нашла в Марселе опору и поддержку, но сейчас проснулась в пустой постели и его нет здесь.
Она не оставит это так.
Она все узнает, всю правду.
Сегодня София Воронова настроена решительно и даже не допивает экспрессо.
Сегодня София Воронова ставит черную чашку демитассе, на блюдце, возможно, громче обычного.
Сегодня София Воронова настроена решительно и живьем ее не возьмут.
Не зря ведь Доминик считает, что ее чувства к Марселю могут стать проблемой.
Но легко ли бороться с чувствами. Легко ли ей предать Марселя во имя отомщения Майклсоном, хотя София и так уже сделала это.
Неравный бой?
Бой между сердцем и разумом.
Она, кажется, понимает, доходит, хоть и медленно, что она привезалась душой к Марселю.
Может полюбить тело легче, чем душу.
За это время она полюбила и душу Марселя.
Она будет сражаться за Марселя до конца, ведь он тоже сделал многое для нее.
Она не остановится, пока не вернет Марселя и свои поиски София начинает с визита к Джошуа точно зная, что друга он не оставит.
— Ого. Привет. Жутко. Знаешь, нормальные люди стучат.
— Нормально скучно.
— Ну, как посмотреть. Пришла убить меня?
Вторым шагом становится оружие, ведь у нее есть шипы выросшие на крови Марселя. Соорудить браслет с шипами и успеть собраться на вечеринку, которую устраивают Майклсоны, вот только почетный гость заточен в подземелье.
Она уже настолько сломалась, что не знает что будет дальше.
София не может проиграть эту битву.
Она потеряла покой и даже кружась в танце с Клаусом она испытывает только ненависть.
— Может мне просто следует убить тебя?
— Попытайся.
Пусть попытается убить ведь хуже, если она выйдет из себя. Хуже может стать ему. Она поборола свой страх и даже натягивает улыбку, когда он опускает ее в танце.
Пусть попытается, ведь София и так сломлена.
Сломлена, но должна сражаться до конца и вернуть Марселя. Вернуть того к которому испытывает самые теплые чувства. Марсель тот, за кого она сражается.
Клаусу нужно что-то понять. Понять, что ему бояться не только шипов на ее руке, но и ее лично. Бояться ее личной мести.