Слова министра основывались на положениях, высказанных рядом членов кувейтского правительства, в частности премьер-министром и наследным принцем Джабером аль-Ахмедом аль-Джабером ае-Сабахом 15 мая 1972 г. на церемонии открытия нового цементного завода в Эш-Шуайбе. Премьер-министр, выражая чаяния всех арабских стран, писала «Дейли Ньюс» 16 мая 1972 г., сказал, что Кувейт и впредь будет усиливать борьбу с сионистами и безоговорочно поддерживать палестинский народ в его справедливой борьбе. Аналогичные точки зрения были высказаны министром иностранных дел Кувейта шейхом Сабахом аль-Ахмедом аль-Джабером ас-Сабахом («Кувейт Таймс», 2.VI.1972), министром внутренних дел и обороны шейхом Саадом аль-Абдаллой ас-Салемом ас-Сабахом («Кувейт Таймс», 16.V.1972; «Ар-Рай аль-Амм», 5.VI.1972) и заместителем министра иностранных дел Рашидом ар-Рашидом («Кувейт Таймс», 5. VI 11.1972).
В 20-х числах ноября 1972 г. руководителя борющихся палестинских организаций в Кувейте Фарида Абу Бакера постигло горе. Умер его младший 33-летний брат — тоже участник борьбы за освобождение захваченных Израилем арабских земель. Умер он в Бейруте, где находился па лечении. Когда запросили Израиль о разрешении похоронить его на родине, в земле, где он родился и вырос, израильтяне, в то время захватившие данную территорию, ответили отказом. Фарид Абу Бакер привез труп своего брата в Эль-Кувейт и похоронил его здесь.
Я посетил Фарида в его доме в трехдневные траурные дни, чтобы выразить ему свои соболезнования по поводу кончины его брата. В доме было около 50 человек, тесно сидевших в кругу в скорбном молчании. Многих раненых «коммандос» я встретил и здесь. Приглушенно звучала траурная арабская мелодия, и через каждые 15–20 минут кто-то прощался и уходил, а его место занимал другой, пришедший разделить горе боевого товарища.
Когда я проработал в кувейтском ортопедическом госпитале более года, в клинике госпиталя появились больные, специально приехавшие к советскому специалисту по линии министерства общественного здоровья Кувейта из соседних арабских стран. В их число вошли: Нура Абд ар-Рахман Рефай, женщина 50 лет, приехала из Саудовской Аравии, страдала остеоартрозом коленных суставов; 23-летний преподаватель физической культуры, футболист Джасим Хамед, сотрудник министерства образования Бахрейна, лечился по поводу травмы коленного сустава; 30-летний Хусам Римави, работал рентгеновским техником в одном из госпиталей Бахрейна. Последний рассказал мне много интересного об основных госпиталях этого государства: Сальмания-госпитале (на 250 коек), Наим-госпитале (на 150 коек) и госпитале для туберкулезных больных (на 50 коек). Саму страну — Бахрейнский архипелаг — увлеченно описывали родственники и сам больной Абд аль-Азиз Муса, которого я оперировал по поводу инородного тела, находившегося в правом плечевом суставе.
В октябре 1971 г. у меня состоялся ряд интересных встреч с отцом восьмилетнего мальчика из Дубая. Ребенок страдал неизлечимым заболеванием — последствием полиомиелита нижних конечностей и позвоночника с резко выраженными деформациями. Поражения были настолько распространенными и тяжелыми, что не поддавались пи оперативному, ни консервативному лечению. Отец, довольно состоятельный человек, объездил с больным ребенком буквально полсвета: он был у лучших ортопедов Англии, Америки, ФРГ и Италии. Везде ему отвечали, что ребенок не подлежит оперативному лечению. В конце концов, зная, что в Кувейте существует лучшая на Ближнем Востоке школа для детей — больных последствиями полиомиелита, он привез ребенка в Кувейт. В клинике госпиталя, а затем и в школе для детей — больных полиомиелитом, куда он поместил своего сына, я осматривал этого мальчика несколько раз и откровенно сказал отцу, что современная медицина бессильна помочь ему в его горе. Такой прямой ответ, конечно, чрезвычайно огорчил отца, но в то же время поставил точку над «i». В последующих встречах он делился со мной своими переживаниями, а также много рассказал мне о своей маленькой стране.