Какая детская наивность!
В следующую же ночь Эйтор снова вернулся в тот город, который пылал, захваченный врагами. Он возвращался туда несколько раз, уже совершенно сознательно, и выяснил судьбу жителей этого города, судьбу уникальной библиотеки, собиравшейся его правителями в течение многих лет. Возвращаясь назад, домой, в наш мир, он отыскивал в словарях значения слов, которые не понимал. Некоторые его сны охватывали и более ранний период – за несколько лет и даже десятилетий до вторжения завоевателей. Постепенно, шаг за шагом, минуту за минутой, используя работы современных археологов и свои собственные наблюдения, Эйтор выстроил для себя тот фрагмент истории, свидетелем которой ему довелось стать.
Случайно или нет, но он стал очевидцем окончательного заката могущественного и процветающего государства Тескоко. Альтепетль, то есть город-государство, Тескоко, центр культуры и правления народности акольуа, находился к востоку от Мехико, вблизи озера с таким же названием – Тескоко. Впрочем, он и сейчас находится там же, став одним из муниципальных округов гигантского мегаполиса Мехико.
В первой четверти пятнадцатого века – с того времени, как в городе на трон воссел знаменитый тлатоани, то есть правитель, Акольмистли Несауалькойотль, Тескоко был столицей Акольуакана, одного из трех столпов могущественной Ацтекской Империи, равноправного члена Тройственного союза наряду с Теночтитланом ацтеков и Тлакопаном тепанеков.
Несауалькойотль был правителем, при котором человеческие жертвоприношения были отменены, а в жертву богам приносились лишь цветы и фрукты. К тому времени, как его захватили испанские конкистадоры, Тескоко уже утратил свое влияние.
Эйтор узнал, что его сознание каким-то невероятным образом периодически, без всяких усилий с его стороны, перемещалось в тело одного из жителей города Тескоко. Древние жители этого города произносили это название немного по-другому – Тешкоко, причем звук «ш» по звучанию был ближе к «щ», а звук «к» звучал смягченно, почти как «х».
Он много узнал о том, как жили люди Центральной Америки. Узнал, что правители-тлатоани государства Тескоко были очень просвещенными и образованными людьми. Что со времен правления Несауалькойотля, то есть последние сто лет, при дворе тлатоани всегда были в почете творческие люди – художники, поэты, танцоры...
А музыка – она была настоящей страстью тлатоани и знати! Музыка звучала повсюду, и даже в тельпочкалли, детских школах, преподавали музыку специально приглашенные учителя. Нельзя было считаться образованным человеком без должного владения всеми известными искусствами, такими как рисование, музыка и вокал, танец и боевые искусства, стихосложение и ораторское искусство.
И он стал свидетелем захвата города войсками Эрнана Кортеса, одного из самых известных испанских конкистадоров. Именно он, этот полубезумный жестокосердный испанец с повадками дикого берсеркера, убил Какамацина, последнего независимого тлатоани Тескоко и разорил город в 1520 году. Он использовал Тескоко как плацдарм для захвата великого Теночтитлана…
Тот человек из древнего Тескоко, человек, который помог Эйтору увидеть его невероятный мир, был очень образованным. Он прекрасно рисовал и умел исполнять сложную музыку на небольшом струнном инструменте, сделанном из панциря броненосца. Эйтор, глядя на тот мир его глазами, очень многому научился, но в то же время он понимал, что не имеет никакой возможности хоть как-то влиять на события, свидетелем которых стал – тело того человека из древнего города Тескоко не повиновалось воле Эйтора. Однако в какие-то моменты Эйтор понимал, что тот человек неким метафизическим образом, шестым чувством ощущает его присутствие.
Имя того человека было Йоуалькойотль, Ночной Волк.
Одной из его привязанностей, да что там привязанностью – настоящей страстью, была поэзия. Он мог часами декламировать стихи великих поэтов того времени.
От него Эйтор воспринял любовь к поэзии тех времен и даже как-то в часы досуга перевел с языка науатль на русский язык одно из его любимых стихотворений, которое в минуту вдохновения написал сам великий тлатоани города Тескоко Несауалькойотль.
Никитоа
Никитоа ни Несауалькойотль:
Куиш ок нели немоуа ин тлактильпак?
Ан ночипа тлактильпак:
сан ачика йа никан.
Тель ка чальчиутль но шамани,
но теокуитлатль ин тлапани,
но кецали постеки.
Ан ночипа тлактильпак:
сан ачика йе никан.
Молюсь
Я Несауалькойотль.