Глава 4. Секрет номер один
Находясь в распределителе, Данила не знал, в какой момент окажется на Земле. Дочитав очередную строчку из правил, он уснул.
Когда Данила открыл глаза, он уже находился в знакомом лесу.
Всю дорогу в город он мял в руках письмо Михалыча, но так и не прочел.
– У вас есть зажигалка? – обратился Данила к пожилому мужчине.
– Да. Пожалуйста.
Данила сомневался, но поджог письмо. Ветер выхватил горящую бумагу из рук Ангела и поднял в небо.
Данила зашел в магазин, купил еды, виски и корм для кота. Подойдя к дому Михалыча, он сел на лавку и достал телефон. Рассматривал вчерашнее фото Маши. Запоминал.
– Прощай, – Данила стер с памяти телефона ее номер и фотографию.
Тяжелый вдох. Досада и грусть сжимали сердце… Решение принято.
Не успев нажать на звонок, дверь открылась. На пороге стоял полусонный Михалыч со стаканом воды. Почесав левую ягодицу, он пригласил гостя в дом.
– Ты где был? Я вчера тебя обыскался? – Михалыч закрыл за Ангелом дверь.
– Спасибо за письмо. Я его не дочитал. Хочу, чтобы ты сам все рассказал.
– Не время, Дань. В письме не было тайн.
– Хитрый, – Данила прошел на кухню и погладил сонного Наполеона, который сидел на стуле, положив голову на стол. – Все же у меня к тебе несколько вопросов.
– Прямо сейчас? Мозг еще спит. Акстись!
Ангел выложил из пакета еду и положил в холодильник. Бутылку виски поставил на стол.
– Зачем нам этот компот? – Михалыч рассматривал бутылку.
– Удиви организм и Наполеона.
– Думаешь, он будет пить эту гадость?
– Ты так говоришь, будто водка – это напиток богов.
Данила открыл бутылку, оторвал маленький кусочек хлеба, смочил его в виски и протянул коту. Наполеон понюхал и съел.
– Да он алкаш. Пьет все, что горит, – Михалыч махнул рукой и принялся готовить завтрак. – И вообще, я не водку пью, а антидепрессант. У меня работа вредная.
Они долго смеялись над котом, потому что он не отходил от Данилы. Постоянно мяукал и выпрашивал еще кусочек хлеба, смоченного в виски.
Михалыч сварил кофе для Данилы, себе сделал крепкий зеленый чай. Пожарил яйца, немного подсушил хлеб на сковороде, нарезал салат из перца и капусты. Поставил на стол соленые огурцы и миску с салатом, разложил по тарелкам яйца с хлебом.
– Блин, у меня ничего нет к чаю. Я вчера все съел, – засуетился Михалыч.
– Я все купил. Садись. Давай, наконец, позавтракаем.
– Ты говорил у тебя ко мне вопросы. Я слушаю, – Михалыч сделал глоток чаю.
– Вчера в распределителе я встретился с двумя мальчишками: рыжим и…
– Дальше можешь не продолжать, – прервал Михалыч. – Псы Марины. Их никто не видел в истинном облике. Они предстают перед ангелами школьниками, проститутками, алкоголиками. Я их видел в телах маленьких собачек. Меньше моего полководца, – Михалыч указал на кота, – раза в два.
– Для чего они?
– В распределителе много бунтарей. Псы помогают Марине выслеживать нарушителей и наказывать их. По приказу Марины, конечно. Они видят каждого ангела и знают о каждом их шаге, – Михалыч тяжело вздохнул.
– Их возможно обмануть?
– Нет, – Михалыч подошел к окну. Кот запрыгнул на подоконник и заглянул в глаза хозяина.
– Кто такая Марина? – с тревогой в голосе спросил Ангел.
За окном, в деревянной кормушке суетились воробьи и синицы. На тоненькой ветке березы своей очереди ждала маленькая синица с поломанной лапкой. Михалыч жалел, что не может помочь. Он дотронулся пальцами до стекла, представляя, что гладит и согревает теплом своих рук эту маленькую птицу.
– Она…, – Михалыч уперся лбом в холодное стекло. Его губы задрожали. – Она… Я сотворил с ней такое...
– Не понял, – Данила поднялся и подошел к другу. – Что ты имеешь ввиду?
– Она была моим ангелом-учителем еще до того, как меня послали на Землю…, – Михалыч рассказывал то, что так долго, тщательно, скрывал. – Я оказался плохим учеником. Марина была прекрасна. Умна, красива, грациозна, мила и женственна. Я ее соблазнил. Долго пользовался ею, а потом… Она влюбилась в меня. Смущалась, когда целуя ей руку, я заглядывал в глаза. Дань, они были теплыми. Понимаешь? Теплыми. Я знал, что она меня любит. Я ведь ее тоже люблю. До сих пор. Но мне не хватило смелости признаться в этом. Она призналась первой… В тот день я посмеялся над ее чувствами и сказал, что она не нужна мне. Я не хотел на Землю. Ты вряд ли знаешь, что влюбленные Ангелы, которые решаются на союз, направляются на Землю, чтобы найти друг друга и пройти испытания. Только тогда они могут остаться вместе. Я испугался, что не найду ее. Испугался и оттолкнул ее. Марина – Ангел без сердца. В ее глазах никогда… Понимаешь, ни-ког-да не сможет отражаться небо. Она не могла стерпеть боль, которой я ее подверг. Я помню во всех подробностях тот день. Я вижу все в ее глазах, когда она ко мне приходит. Каждый раз, снова и снова, я возвращаюсь в тот день. Только боль испытывает не она, а я. Марина попросила Создателя забрать ее сердце, умение любить и чувствовать. С тех пор ее глаза стали черными, а душа каменной. Она стала идеальной для работы в распределителе. На что сама и согласилась. Дань, она красивая?