— Скажи ему, чтобы был осторожен. — Я не знал, кто именно сейчас оплачивает услуги Буше, но чутье подсказывало мне, что если он что-то замышляет, то действует не один.
— Обязательно, — пообещал Лисандр. Он протянул руку с ножом, который достал раньше. — Нужен?
В памяти промелькнуло самодовольное лицо Уильяма, и я покачал головой.
— Оставь себе.
Против Уильяма мне не нужно было оружие. Я прикончу его голыми руками, выкачав из его крови каждую каплю магии. Меньшее меня не устроит.
Мой брат ничего не сказал, но мы обменялись понимающими взглядами. Не имело значения, что приказала наша мать. Сегодня Уильям Дрейк не уйдет отсюда живым.
— Я найду Торена. — Лисандр оставил меня, чтобы поговорить с нашим братом.
Снова оглядевшись вокруг, я почувствовал, что разочарование нарастает. Дрейка нигде не было видно. Неужели он ушел? Я закрыл глаза и сосредоточился на привязанности, которая соединяла меня с Теей. Она была на месте, такая же тяжелая, как и тогда, когда я почувствовал, что она вернулась после долгого отсутствия. Я отдался своей магии, позволив тьме клубиться внутри меня. Она почувствовала магию, связывающую нас, и ухватилась за нее, голодная и готовая поглотить. Я всегда считал свою магию проклятием. Я всегда боролся с ней. Но сейчас, когда она ухватилась за мою привязанность к Тее и натянула ее, я был благодарен. Открыв глаза, я последовал за невидимой цепью, зная, куда она меня приведет.
Я был так близко. Мы были так близко.
И тут я почувствовал запах жженого сахара и засахаренных фиалок. Аромат, который привел меня к ней в ночь нашей встречи, звал меня домой.
ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ
Тея
Я никогда не находилась рядом с таким количеством вампиров. Даже до несчастного случая, который заставил моего отца вернуться сюда за магической помощью, мы держались особняком. Я всегда думала, что это означает, что другие вампиры были одиночками, как мой отец. Любые контакты с другими вампирами — такими, как те, что остановились у нас сейчас, — происходили в наших частных домах. Но, пробираясь сквозь толпу, я поняла, что очень ошибалась. Вампиры всех рас смешались во внутреннем дворе под цветущими розами. Волшебные фонари указали нам путь к женщине в черном кружевном платье, облегавшем ее бледные плечи. Оно так подчеркивало ее изгибы, что я едва не покраснела. Неудивительно, что она была окружена свитой, ловившей каждое ее слово. Когда мы проходили мимо, она замолчала и посмотрела прямо на меня.
Ее глаза, ярко-голубые даже в лунном свете, прищурились, и страх сдавил мне горло. Неужели она узнала меня? Она потащит меня прямо к отцу? Я уже готова была броситься наутек, когда вспомнила о своей маске.
— Сабина, — прошептал мне Конте. — Скорее всего, в полночь ее объявят будущей королевой.
Я кивнула, неспособная ответить из-за своей странной маски. Не знаю, какому садисту пришла в голову идея держать маску зубами, но он был мудаком. Тем не менее, маска справлялась со своей задачей.
Он провел меня мимо Сабины и ее поклонников, но далеко мы не ушли.
— Конте?
Мой спутник сделал паузу, тяжело вздохнул и повернулся на резкий голос Сабины.
— Buona sera, Сабина, — сдержанно поприветствовал он ее. — Я не хотел прерывать твой разговор.
— Я ценю твою вежливость. — По ее голосу чувствовалось, что она лжет, но Конте не стал ее упрекать в этом. Вероятно, он не хотел злить будущую королеву. Я не могла винить его за это. — Я хотела бы узнать, не та ли это фрейлина, о которой мы говорили раньше. Я хочу обсудить с ней некоторые важные вопросы.
Ее пристальный взгляд скользил по моему телу, словно пытаясь разглядеть меня сквозь маску и плащ.
— Нет, это моя спутница, — сказал он.
Я могла бы расцеловать его — если бы не эта маска — за то, что он не назвал ей моего имени. Если она собиралась стать королевой, то определенно знала моего отца.
— Какой странный выбор — надеть muretta. — Она снова окинула меня взглядом, и я готова была поклясться, что почувствовала яд в ее словах. — Я хочу поговорить с фрейлиной как можно скорее. Полагаю, ты можешь это устроить.
— Конечно. Я позабочусь об этом. — Конте поклонился, но его тело было напряжено, когда он выпрямился.
Сабина повернулась к людям, ожидавшим ее внимания, не поблагодарив. Может, она и станет следующей королевой, но мне она показалась стервой. Что-то подсказывало мне, что, если бы я знала ее лучше, мое мнение не изменилось.
— Не хочешь потанцевать? — спросил меня Конте.