— Твои братья?
— Пытаются выпить твой бар. Я понятия не имею, где отец, и мне все равно. — Мне нужно было найти Тею. И немедленно. — Мне нужно идти.
— Мы даже не поужинали, — продолжала причитать она.
Теперь она говорила о еде? Конечно, говорила. Единственное, что моя мать не любила больше, чем когда ее разоблачали, — это когда другие меняли ее планы.
— Значит, ты не собираешься съесть мою невесту?
Ее ответный взгляд можно было бы охарактеризовать как испепеляющий. Она стояла в стороне, пока я забирал запонки, которые подарила мне Камилла. Там было еще несколько подарков, но я оставил их.
— Ты не заберешь их? Я потратила время на выбор, — фыркнула мама.
— Как жаль. — Учитывая, что моя пара сбежала с моей лучшей подругой, не сказав ни слова, у меня не было настроения разбираться с эмоциональным состоянием матери. Однако я был готов к драке. Я встал и бросил на нее свирепый взгляд. — Пока ты будешь продолжать относиться к Тее так, будто она не достойна тебя — не достойна нашей семьи, — я не хочу иметь с тобой ничего общего.
У нее перехватило дыхание, но она и глазом не моргнула.
— Ничего? А свадьба? Полагаю, ты собираешься сбежать и пожениться втайне?
— Может, и так. — Я не хотел сбегать. Я хотел увидеть Тею в белом платье. Я хотел, чтобы это было нечто такое, о чем она будет вспоминать на протяжении веков. Но больше всего на свете я хотел быть рядом с ней, в окружении людей, которые нас любят. В настоящее время моя мать не относилась к этой категории. — Почему тебя это волнует? Твоя настоящая наследница вернулась. Тебе больше не нужно делать наследника из меня.
— Настоящая наследница, как же, — прошипела Сабина. — Мы оба знаем, что она что-то замышляет. И я ни за что не пропущу свадьбу своего ребенка.
— Даже если это будет свадьба с сиреной? — спросил я. — Ты посылаешь мне неоднозначные сигналы, мама.
— Ты выиграл, — заметила она. — Я публично признала твою помолвку. Что еще?
Серьезно. Я хотел спросить, что с ней не так, но вместо этого я решил сосредоточиться на том, что имело значение.
— Уважение.
— Я всегда…
— Уважение к Тее, — оборвал я ее. — Я знаю, что вампиры медленно меняются, но я не позволю тебе обращаться с ней как с дерьмом в течение следующего столетия.
— Столетия? — повторила она. — Ты знаешь что-то, чего не знаю я?
— Нет, — быстро сказал я. На самом деле Тея не согласилась, но я верил, что она это сделает. Я бы использовал все имеющиеся в моем арсенале средства убеждения, если бы дело дошло до этого. Мысль о том, чтобы провести с Теей человеческую жизнь и потом потерять ее, была совершенно невыносима. — Она слишком молода, но я не оставляю надежд.
— Значит, она заменит меня. — Мама села в кресло рядом с елкой. Ее голубые глаза устремились к окну и быстро темнеющему за ним небу.
Я не стал напоминать ей о Камилле.
— Так вот почему ты ее ненавидишь? — спросил я, — Она не намерена занимать твое место.
— И от этого мне должно стать легче? — Она подняла на меня глаза. — Никто не отменял естественный ход вещей. Я не буду жить вечно.
— Плохо себя чувствуешь? — сухо спросил я.
— По крайней мере, твоя пара, похоже, относится к этому серьезно. — Она скрестила свои стройные руки на груди. — Должна признать, что она произвела на меня впечатление. Она умна.
— Я мог бы сказать тебе это, если бы ты меня послушала.
— Ты простишь меня, если я сочла твою очевидную жажду крови слишком безумной, чтобы доверять ей, — сказала она. — Возможно, пришло время узнать ее получше.
— Сейчас?
— Сейчас праздники, если у вас нет других планов. — Я понял, что она действительно рассматривает такую возможность.
— Вообще-то, скорее всего, мы скоро отправимся в путешествие.
— До Нового года? — ответила она ледяным тоном.
— Мои источники нашли ее мать, и это сложно.
— Мать, которая отвергла ее из-за любви к вампиру? — спросила она.
Я начал кивать, когда меня осенило.
— Откуда ты об этом знаешь?
— Я мало что не знаю о жизни своих детей, — сказала она и быстро продолжила, заметив мою ярость, — и, поверь, порой мне хотелось бы, чтобы это было не так. Однако я в курсе ситуации с Келли Мельбурн.
— Что именно ты знаешь? — с подозрением спросил я.
— Я знаю о раке и ее исчезновении, — призналась она. — Полагаю, она тоже сирена?
— Похоже на то. — Остальные наши теории о происхождении Теи я оставил при себе.
Но мама, похоже, почувствовала, что у меня на уме.
— А ее отец?
— Тея не знает своих родителей.
— И мы думаем, что это совпадение?