Чтобы не зачерпнуть через край снега в бахилы, он осторожно прошел крылечком к окну, протянул руку к верхней щеколде и вдруг остановился на полпути: на ставне под навесом сидел мокрый голубь и настороженно следил за Родионовой рукой. Не долго думая и не меняя Дозы, Родион поднял незаметно другую руку и взял ею голубя.
Голубь был большой, тугой, он не вмещался в просторной руке Родиона и, дважды мыкнув басом, слабо взмахнул свободным крылом. Родион придержал крыло, сунул голубя под фуфайку и продолжал открывать ставни как ни в чем не бывало.
В комнате он подошел к кровати и, приоткрыв полы телогрейки, показал находку проснувшейся Дарье.
— Шо там?.. — протирая глаза, спросила Дарья.
— Ведьму поймал.
— Господь с тобой, шо болтаешь!
— Голубь приблудился. — И Родион опустил его на пол. — Породистый, видать!
Белый голубь с небольшими красными пятнами на плечах посмотрел в одну сторону, в другую и медленно пошел в ближайший угол. Там он присел, склонил голову, и пленочка затянула ему глаза.
— Больной? — спросила Дарья.
— Усталый… Наверное, всю ночь, бедолага, с пургою боролся. Вишь, грязный какой, мокрый и помятый. Ничо, очухается.
— Чей же это? Не Илюшкин ли?
— Вряд ли… Тот бы уже бегал по улице.
— Отдашь ему?
— Обормоту? Лучче голову оторву да в суп!..
— Ребятам Нюрки Гуриной подари… Рады будут!
— Это дело другое, — согласился Родион. — Ребятишки у нее хорошие, не шкодливые.
Когда Васька шел в школу, Дарья уже стояла в воротах, специально поджидала его. Поравнявшись с ней, Васька поздоровался и хотел пройти мимо, но она остановила его.
— Вася, зайди к нам на минутку, — сказала она ласково. — Родион Васильевич хочет что-то сказать тебе…
Васька посмотрел на Дарью, путаясь в догадках, что за дело может быть у них к нему? В сад он к ним давно не лазил — стыдно уже, взрослый. Алешка, может, нашкодил? Так опять же — какой сад зимой?
— Зайди, зайди, не бойси… — И пошла впереди него во двор.
Васька поплелся за ней.
Родион стоял на середине комнаты — высокий, чуть ли не подпирал головой потолок, смотрел, улыбаясь, в угол, где сидел голубь. Васька поздоровался и остановился у порога.
— Видал? — кивнул Родион весело на голубя.
С улицы, со света Васька ничего не видел. Сощурил глаза, присмотрелся — распознал голубя в темном углу. Кивнул.
— Это тебе! — Родион нагнулся, взял голубя и протянул Ваське: — Возьми.
— Зачем?.. — Васька оглянулся на Дарью.
— Бери, бери! — подбодрила его Дарья. — Подарок тебе от нас. Дядя Родя тебе… вам с Алешей дарит его.
Голубь уже обсох и отдохнул, энергично крутил головой и норовил вырваться из Родионовой руки. Васька взял его несмело двумя руками — тяжелый, тугой голубь сучил упругими сильными ногами, упирался ими, пытался высвободить плотные, как панцирь, крылья.
— Крепче держи, он здоровый, — предупредил Родион.
— Спасибо… Только… — Васька опять оглянулся на Дарью за помощью.
— Вам, вам, поиграйте… Неси его домой, да гляди, штоб Илья не отнял…
— Спасибо, — уже увереннее поблагодарил Васька и пошел из комнаты. В сенях, провожая его, Дарья сказала, идя вслед за ним:
— Ой, какой ты большой вырос! Уже выше меня! Скоро дядю Родю догонишь.
Васька усмехнулся: «Куда там, догонишь его!..»
Дома он пустил голубя наземь, невольно залюбовался им. Голубь осмотрелся неторопливо, огляделся, вытянул одно крыло, другое — размял их, словно затекшие руки, и пошел решительно под кровать. Там он забился в угол, нахохлился и, качая головой, стал жалобно поукивать.
Налив в блюдечко воды, Васька поставил его возле голубя, но тот только подался глубже в угол, а пить не стал. Васька накрошил перед ним хлеба и, задернув подзор на кровати, сказал:
— Посиди, поскучай тут один, мне уже идти пора, опаздываю, — и подался торопливой походкой в школу.
По дороге он встретил Алешку. Тот учился в первой смене и уже бежал домой, размахивая вовсю ранцем. Васька остановил братишку, сообщил ему по секрету:
— Там дома у нас под кроватью голубь сидит, так ты смотри не выпусти его. И в руки поменьше бери.
— Голубь? Николаевский? — у Алешки загорелись глазенки.
— Да… Хороший!
— А где ты взял? Купил? Поймал?
— Потом расскажу. Танька придет — тоже смотри, чтобы не выбросила на улицу. А то она такая.
— Ладно. А мама?..
— Мама? Мама поздно приедет, я уже дома буду, придумаем что-нибудь.