Кате тоже было что сообщить.
– А Стасик запал на Ирку! – выдала она новость не менее важную, чем существование царапины на каком-то крыле. – Пытался ей свидание назначить.
– Да прекрати ты! – озверела Ирина. – До того ли сейчас!
Жанна позвонила знакомому из ГИБДД и попросила узнать о владельцах всех серебристых «Мерседесов SLK», какие есть в городе. Тот согласился, но попросил подождать.
– Я пока поесть что-нибудь приготовлю. – Ирина отправилась на кухню.
В холодильнике у Жанны было негусто: несколько яиц, пакет ветчины в вакуумной упаковке, полпачки финского масла и начатая коробочка французского сыра. Отделение для овощей порадовало тремя вялыми помидорами. Катьке этого, понятно, не хватит на один укус, но Ирина решила быть с обжорой построже.
– С чего это тебя, Жанночка, полковник ГИБДД так любит? – Катька решила отвлечь подругу разговорами. – Надо же, стоило тебе позвонить, как он сразу все оставил и кинулся исполнять твою просьбу.
– Помогла я ему когда-то здорово, услугу оказала. И еще помогу в будущем, поэтому он со мной дружит. То есть помогу, если на своем месте усижу. Но он-то об этом не знает, вот и старается.
– Катерина, иди сюда, пожалуйста! – позвала Ирина из кухни. – Что ты все к ней цепляешься? – напустилась она на Катьку вполголоса. – Не видишь, что человек нервничает? Ведь это действительно очень опасно. Жанка попала в передрягу, а тут ты вертишься, расспрашиваешь… Вот какое тебе дело до ее отношений с этим полковником? Помогает он ей, и слава богу.
Между делом она ловко нарезала салат из помидоров, заправила его маслом и уксусом и посыпала сухой зеленью. Запахло аппетитно, и ничего удивительного: эту зелень матери Жанны Беатриче Левоновне привозили из армянского города Севан, который стоит на берегу озера с таким же названием. Озеро, надо сказать, удивительной красоты и прозрачности. То ли воздух там особенный, то ли земля, но травы на его берегах растут особенно ароматные.
– Я же хочу как лучше! – Катя расставляла тарелки и хищно принюхивалась. – Когда Жанка в боевом настроении, она всегда злая. Я и хочу ее разозлить.
– Не ожидала от тебя. – Ирина разрезала яичницу на три части и разложила ее по тарелкам. – Ладно, зови Жанку.
Пока Жанна мыла руки и усаживалась, Катерина успела смолотить все, что было у нее на тарелке, и теперь недоуменно постукивала вилкой по столу. Оживилась она немного только при виде ветчины, но это оживление быстро прошло: упаковка была маленькой, да еще Ирина поджарила половину вместе с яйцами.
– А хлебобулочные изделия в твоем доме не водятся? – с опаской заикнулась Катя.
– Водятся. – Жанна усмехнулась и вытащила из шкафчика пачку сухих хрустящих хлебцев.
– Что это? – у Катерины от удивления глаза полезли на лоб. – «Хлебцы низкокалорийные с отрубями и топинамбуром», – прочитала она на упаковке. – Слушайте, такого даже мой Валек не ест.
– А зря, – наставительно сказала Жанна. – Я не Валека, конечно, имею в виду, а тебя. Но если ты такая голодная, могла бы напомнить: зашли бы в магазин, купили что-нибудь.
– Мне казалось, что, раз у тебя неприятности, неприлично думать о еде. – Катька надулась.
– Вот съешь салатик. – Ирина, как всякая хозяйка, не в силах была видеть, что человек за столом остался голодным.
– Спасибо, – фыркнула Катя. – Уж помидорами я у вас наелась на всю оставшуюся жизнь! Ты еще бы стручковую фасоль мне предложила!
К чаю, однако, Катерина дозрела до низкокалорийных хлебцев. Она намазывала каждый неприлично толстым слоем французского сыра, а в чашку положила целых три ложки сахара. Жанна с Ириной, глядя на такое безобразие, только пожали плечами.
В этот момент позвонил полковник Сева. Жанна выслушала все внимательно и записала нужное на бумажку.
– Вот, – сказала она, когда разговор был окончен, – оказывается, таких серебристых «Мерседесов SLK» в нашем городе всего пять штук. Это радует. Если бы мы жили в Москве, их было бы гораздо больше, так что мы бы проверяли их до пенсии. Один из этих пяти мой, его мы можем спокойно вычеркнуть.
– Кстати, ты уверена, что утром твоя машина была на месте и никто ею не воспользовался? – поинтересовалась Ирина.
– Исключено, – твердо ответила Жанна. – Ты же знаешь: все машины жильцы ставят во дворе. Двор на ночь запирается, а утром, когда все выезжают на работу и ворота открыты, специальный человек смотрит, чтобы никто посторонний не сунулся. Мы ему за это деньги платим, кстати, неплохие. Нет, он никак не мог пропустить мой «Мерседес», разве что его подкупили. Но что-то мне в подкуп не очень верится, я его давно знаю, дядька порядочный. И потом, мы же знаем, что «Мерседес» попал в аварию, а мой целый. Так быстро починить его точно не могли.