- Не заводи свои правила! – игриво закричала Космея.
Она посмотрела на Максима и в удивлении замолчала. Максим, раскинув руки, повернув ладони, вниз висел над землей улыбаясь. Иногда он вытягивал носочки, чтобы дотянуться до травы и набирал через гортань воздух.
Энергия любви делала свои чудеса.
СТАДИОН «СИБИРЬ»
(1980)
Запах резиновых дорожек! Как мне все это знакомо! Шикарные разветвленные лестницы. Купол стадиона. Мраморные колонны в фае. На каждом этаже простор. И стометровые коридоры полностью освещены от пола до потока. Стены из, камня, алюминия и стекла! В их витринные окна вонзали свои космические иголки сосны, растущие совсем близко.
Фантастические масштабы с отсутствием всякого творчества, если не считать великой энергии – Спорт!
Еще со всех трибун открывался ослепительный белый каток. Космический холод и вид катка был, очищающе-прекрасным. На катке тренировались хоккеисты. Слышались окрики, удары дерева о дерево, лед, шайбу, скольжения металла о лед и свистки тренера.
Мои друзья-подростки могли часами попадать здесь, выклянчивая у будущих чемпионов старые или сломанные клюшки.
От нечего делать, после школы, заходил сюда и я.
И вот, однажды, когда хоккеисты ушли. Включили музыку и на лед вышли девочки-фигуристки из олимпийского резерва. В свои 12-ть, многие были КМС (кандидатами в мастера спорта)
Я, заколдованный сказкой, ослепленный открытием сидел и смотрел на одну из фигуристок. Это была Аня.
Она будто парила на льду, делая вращательные движения, иногда несложные прыжки
- Пируэт! – жестко кричала тренер-наставница. Аня делала вращательное движение и прыгала.
В какой-то момент она упала и видно было, что девочка сильно переживает. Очевидно, тот прием в полтора оборота ей еще не давался легко и тренер давила на нее жестоко.
И все равно, то, что я видел – ее скорость, рисунки, полет на льду. Было фантастичным, прекрасным, настоящим искусством. Я чувствовал себя несовершенным рядом со звездочкой.
Она вышла на дорожку за борт и стала расшнуровывать коньки. Стройные ножки, юбочка. Родинка на щечке, синие глаза, золотистые волосы, космическая душа – я следил за ней, боясь, что она увидит меня и все поймет.
Вот, она собиралась уйти, но не могла найти чехлы для коньков. Я видел эти чехлы. Они завалились за спинку стула, на котором она сидела. Видно было, по заплаканным глазам, что фигуристка не справилась с задачей.
Так и ушла без чехлов. Я мог бы подобрать их и отдать ей у раздевалки. Просто – протянуть. Это, наверняка была мне подсказка. Но я так и не отдал их. Подбросил.
Я тогда не знал про систему подсказок*, «клумбу цветов». Подростки ХХI века, взяв ее на вооружение, были более успешны. Система проста – элемент «барометр» чувство атмосферы был открыт в человеке, как часть тела. Если бы я знал, что, задавшись целью – познакомится с Аней, во мне уже стали происходить ответные реакции и идти подсказки со стороны, я бы понял – что оставленные чехлы – повод, чтобы вернуть их хозяйке. Эффект «клумбы цветов» в том и состоял, что я начинаю высаживать в клумбу цветы. Категорическое правило в этой системе – прогнозировать результат, особенно плохой. Менять ход событий, забегая вперед. Моя элементарная задача состояла в том, чтобы отдать чехлы для коньков не более. В ответ, предел моих мечтаний, должна была дать мне новое задание.
Но как выполнить задание, если у меня отнимался язык, сердце лихорадочно билось, а руки не двигались? Можно было бы воспользоваться тем, что могло бы хотя бы произвести впечатление – показаться на глаза с чехлами, протянуть руку…
Сколько блоков было у меня в душе, поведении? Я не мог прыгнуть даже в пол-оборота.
Теперь зная, чем занимается Аня, я целыми днями пропадал на стадионе, встречая ее, издали – то на беговой дорожке, то на льду. Она была перспективной. Быстро осваивала «произвольную программу» Ее прыжки были уже в 2 оборота! Программа усложнялась. На горизонте появился «тройной тулуп»! Здесь всегда была ровная зима, не смотря на межсезонье за пределами стадиона.
А я, не воспользовавшись ни одной космической подсказкой, так и не сделал даже подобие пируэта.
ЕЩЕ ПАРА ДЕЛ!
Выйдя из стадиона «Сибирь» я снова прошел к кинотеатру «Космос» и сев на лавочку, стал рассматривать фонтан, людей, голубей, советскую жизнь.
На столбах развешивали красные флаги, готовились к первомайским праздникам.
Жизнь была открытой, простой, размеренной. Не было ни суеты, ни раздражения присущего концу ХХ, началу ХХI века. С другой стороны, не было творческой активности. И даже надвигающаяся Олимпиада по сравнению с тем, что я видел в будущем не казалась большим событием.