— Не бойтесь, всё позади. Вам очень повезло, высокая госпожа. Для начала вас бездарно отравили. Вам наверняка недавно было плохо: мутное сознание, провалы в памяти. Доза яда вас не убила, поскольку была мала. Вдобавок вы приняли сильный нервный возбудитель, уменьшивший действие отравляющих веществ. Однако, когда действие энергетика подошло к концу, остатки яда взяли свое…
Лекарь тихо говорил, а до Киоре факты доходили как сквозь пелену тумана. Яд? Да, ее травили… Но как он мог остаться в организме? Он же не убил ее, а значит, вышел… Накопился? Временно блокировался энергетиком? Странно. Почему тогда ее скрутило на подступах к Ройшталену, а не в начале пути? Но думать о странностях не хотелось, тем более что ей уже читали лекцию об уникальной реакции организмов на необычные смеси, предсказать которую даже он, лекарь с огромным опытом, не решится. И вообще Киоре повезло, что главный лекарь Ройшталена, имел дело с отравленными пыльцой — редким ядом, привозимым из Эстерфара, и знал, как его опознать и чем вывести.
К концу монолога к Киоре окончательно вернулось сознание, и она смогла внятно говорить:
— Скажите, где я? Кто меня привез?
Начала она с простых вопросов, чтобы подобраться к сложным: кто ее раздел, лишив всех нижних юбок и корсета, оставил в одной сорочке тощее подобие коренастой баронеты…
— Вы в Ройшталене. Это мой дом, дом главного лекаря. Я не мог отказать главе Тайного сыска в помощи, тем более ваш случай нетипичный, и в госпитале вы бы умерли. Полагаю, виновник вашей беды не герцог Хайдрейк, — из-под кустистых бровей на Нииру мудро взглянули. — Мне нет дела до ваших тайн, высокая госпожа. Я хочу спокойно жить в этом городе, выполняя свой долг. Столичные интриги не для моего возраста и положения. Так что отдыхайте и не переживайте, я постараюсь убедить его сиятельство дать вам отоспаться, но он вправе не послушаться меня и посетить вас.
Киоре кивнула, обдумывая слова лекаря, столь обстоятельно всё изложившего, что возникало странное чувство неправдоподобия. Однако проблемы надо решать по мере поступления, и раз пока разоблачение ей не грозило, стоило забыть об этом и натянуть одеяло повыше на тот случай, если Доран все-таки побеспокоит ее.
— Подождите, — окликнула она взявшегося за ручку двери лекаря. — Не говорите его сиятельству об отравлении. Я не хочу его беспокоить!.. Скажите, что виновата моя хромая нога. Она заболела после долгой поездки, а у меня… психическое расстройство. Всякий раз, когда нога слишком сильно болит, меня мучат приступы мигрени, которые… вызывают страшные воспоминания.
— Я понял вас, высокая госпожа.
Лекарь ушел, но не успела Киоре обдумать случившееся и вообще осознать мир вокруг себя до конца, как зашел Доран. Он встал в нескольких шагах от узкой кровати, загородил лампу, и Киоре перерубила пополам его черная тень.
— Объяснитесь, — одно короткое слово заставило вздрогнуть и призвать самый невинный взгляд, на который она была способна. — Зачем вы заставили врать лекаря?
— Я?! — она вскинула брови, приподнявшись, но несильно, чтобы одеяло не сползло с груди. — У меня в самом деле бывают припадки, из-за которых я могу лежать в кровати неделями. Спросите ее светлость.
— Непременно. Только при таких припадках не должна идти кровь и вздуваться вены.
— Откуда вам знать? Или вы страдаете подобным недугом?
Киоре рубила слова, как пощечины, стараясь осадить мужчину, в который раз переступавшего все границы дозволенного. Он вошел к ней, к незамужней девушке, в комнату! Один! А она почти голая! Правда, это ее совсем не беспокоило бы, будь на ней хотя бы корсет и нижние юбки…
Доран разглядывал ее, растрепанную, бледно-зеленую и отчего-то старательно скрывавшую правду.
— Вас пытался отравить жених? Именно поэтому вы придумали историю с исцелением и бежали из Тоноля?
Киоре хлопнула глазами раз, другой, замерла. Рот у нее некрасиво открылся, потом закрылся. Судорожно дернулись плечи, и она возразила:
— Ваше сиятельство! Какая глупость!
— Значит, это его дочь, — сделал очередной вывод он. — Не надейтесь по возвращению в столицу избавиться от меня. Ваше отравление будет расследовано.
И ведь это был прекрасный шанс избежать свадьбы ценой свободы какого-то барончика, ведь подбросить тому известный теперь яд было бы несложно… Но это означало новые контакты с Дораном. Поди, ее портреты на каждой стене Особого управления развешаны! И дротики в них патрульные бросают наверняка!