В течении часа я добралась до дома.
Преодолев порог, избегая скрипучих половиц я шмыгнула на кухню.
- Ох, дорогая, ты уже вернулась? Я взяла нам плед и всякие вкусности, ты готова? – она по-доброму потрепала меня по макушке.
- На улице просто сказка! Идем скорее! – я подлетела к ней и обняла так крепко на сколько смогла. Бабушка тихо засмеялась и приобняла меня в ответ.
Собрав свой походный рюкзак, я надела его на плечи. Приятная тяжесть оттянула спину.
Длинные волосы собрала в высокий хвост, а поверх повязала бандану розового цвета. Шорты, футболка и длинные гольфы – готовность номер один.
До моего отлета в Орлемар, мы с бабушкой устраивали такие пикники очень часто. Главной их особенностью была атмосфера природы. Чистая, не оскверненная человеком. Мы могли часами гулять по тропинкам в лесу и долго болтать обо всем на свете. Не понимаю как, но я не уставала проходить такие огромные расстояния, а после спокойно идти в школу.
Вот и сейчас, я предвкушала прекрасное времяпровождение, безумную ностальгию, которая накрывала с головой.
Идти до леса приходилось не долго, ведь наш дом был буквально на окраине, где заканчивалась дорога и начинался бескрайний лес.
Мы гуляли около часа, наслаждаясь теплым воздухом и природными пейзажами. Бабушка рассказывала истории из жизни и весело шутила анекдоты.
Пройдя лесную опушку, мы добрались до небольшого поля, где обычно мы обожали делать пикники. Вокруг ни души, только тысячи деревьев и тихий шелест травы. Пение птиц добавляло шарму общему настроению.
Расстелив плед на короткую траву, я сняла рюкзак и достала фрукты и сладости, которые собрала бабушка. Из термоса налила в пластиковые белые чашечки мятный чай и уселась поудобнее. Солнце слепило глаза и разрешало веснушкам снова поселиться на моем лице.
- Что у тебя с практикой? Как тот мальчик? Получается наладить контакт? – бабушка начала разговор первой.
Мята оставляла легкий холодок, опускающийся куда-то глубоко внутрь.
- Я должна тебе рассказать. В общем, мой пациент Алан Хэмиш. Помнишь, мы учились вместе. Пока мы не слишком ладим, но я стараюсь ему помочь. – грустно произнесла я.
Бабушка удивленно вздохнула и озадаченно посмотрела на меня.
- Ну вот кажется все и встает на свои места. Сколько он обижал тебя? Ведь с самого детства. А сейчас он поймет, что ты не делала ему зла. Ладно, скажи мне, он действительно болеет?
- Не думаю, что что-то серьезное. Ему просто нужна справка в интернат. Мне стало его жаль в какой-то степени, когда я прочла документы. Оставить ребенка в интернате, при живых родителя – это жестоко. Поэтому я твердо решила ему помочь, чем смогу.
- У тебя золотое сердце, милая. Сколько в нем доброты. Не растеряй ее и не дай никому сделать тебе больно. – она грустно улыбнулась.
Бабушка единственная из моей семьи, кому я рассказала правду о том, кто треплет мне нервы все время.
И ни разу не пожалела.
Она никогда не растрачивала кредит моего доверия. Все секреты, доверенные ей, были только в ее владении и это было для меня ценно.
- Знаешь, мне кажется, я понимаю его и возможно мы сможем стать друзьями. Но я так боюсь ошибиться.
- Милая, я поделюсь с тобой одной историей. Когда-то, еще по молодости, я знала одного человека.
Этот человек сгорел так же быстро, как спичка.
Он был моим другом.
Почему был?
Потому что как быстро он вошёл в мою жизнь, так быстро из нее и испарился.
Ничего плохого он в неё не привнес, скорее наоборот.
Мы научили друг друга видеть лучшее во всём.
Он светил ярче полярной звезды, когда мне посчастливилось его узнать.
Тогда-то он был наполнен энергией и дарил её всем окружающим.
Открытый, яркий и добрый.
Но жизнь не щадит никого.
Спустя время, он потерял интерес абсолютно ко всему, что раньше его заряжало.
Вкус жизни для него был теперь словно бесцветным, и он стремительно таял на глазах.
Единственное, что не поменялось за это время, так это его отношение ко мне.
Он все так же был честен, открыт и добр.
Добр ко мне.
Когда пришло время прощаться – не скрою, было тяжело.
Он поборол свои страхи, не повёл себя как последний подонок, а пришёл и сказал открыто, что время пришло и наше общение подходит к концу.
И я поддержала его.
Поддержала с лёгким сердцем, которое было измучено
переживаниями.
Поговорив с ним в последний раз, я плакала.
И плакала не от боли или страданий, а от скоротечности и неизбежности момента и из-за того, что приходится его отпустить.
Отпустить туда, где ему будет лучше.