Прошло столько времени, а я не то, что не рассматриваю варианты новых отношений, я против них. Не могу думать ни о чем, кроме комфорта малышки. Да и если смотреть правде в глаза, я не могу забыть его.
Ева очень похожа на Алана.
Эти серые глаза.
Эта улыбка.
У меня просто нет права – забывать.
Салли как-то предлагала съехаться с ней и жить втроем – Я, Салли и Ева, но я вежливо отказалась.
Малышка в этом году уже пойдет в сад, постепенно занимаемся подготовкой к социализации и готовимся к образовавшемуся свободному времени.
Салли конечно же уже выстроила планы, как мы будем ходить в СПА, по магазинам и готовить разные вкусности вместе.
Звучит нереально здорово.
Хотелось бы, чтобы это получилось.
Телефонный звонок вывел меня из размышлений.
- Амелия, как сходили? Что говорят врачи? И посмотри пожалуйста в почтовом ящике, там лежало что-то, когда я уходила. Буду сегодня поздно. Мама как обычно в перерыве на работе сразу звонит мне.
- Все отлично, мы полностью готовы к саду. Ева даже с врачом успела поболтать. - рассмеялась я.
- Что хочешь на ужин?
- Дорогая, не напрягайся. Я приготовлю сама, лучше отдохни.
- Ну ты как обычно. Ладно, хорошего вечера, жду вас с папой дома.
Пока Ева была увлечена своими рисунками, я быстро накинула на себя легкую кофту и вышла в подъезд к почтовым ящикам.
В нашем действительно лежал конверт с чем-то увесистым внутри. Быстро вытащила его и побежала домой, сразу заглянув в гостиную.
Дочка все так же рисовала, но подняла на меня взгляд, когда я зашуршала конвертом.
- Это что? – пролепетала она.
- Рисуй малышка, это маме бумажки пришли. – я уселась на диван, собрав ноги к груди и начала рассматривать что находилось внутри.
На конверте было написано мое имя, но имя отправителя отсутствовало. Странно.
Разорвав конверт, обнаружила внутри небольшую книгу, перетянутую крафтовой бумагой и завязанную джутовой веревкой. Посередине закреплен сухоцвет василька.
Сердце неприятно кольнуло.
В голову полезли разные мысли.
Медленно развязала веревку и убрала бумагу. Передо мной предстала книга в серой обложке с выбитым серебряным цветком посередине. Выглядела она чудесно.
Неужели Салли решила подарить мне очередную коллекционную рукопись, о которой я не знаю.
Аккуратно открыла обложку и на титульном листе увидела надпись, явно написанную от руки.
« Моей милой Лие. Ты всегда верила в меня, и именно твоя неустанная вера помогла создать это. Этот сборник посвящен тебе. На этих страницах мы навсегда вместе.
Мурашки разлетелись по телу так быстро, что я не успела осознать происходящее. Зрачки расширились, и я прикрыла рукой раскрывшийся от удивления рот.
Перелистнув лист, я увидела первый стих:
«Золотистую прядь коснусь пальцами рук.
Голос твой – колыбель для мыслей моих.
Хотел верить (дурак), что не узнаем разлук,
Но реальность с силою бьет под дых.»
Книга выпала из рук и упала на колени.
Затянуло в области груди.
Не могла поверить своим глазам.
Неужели это то, о чем я думаю.
Переворачиваю книгу и судорожно перебираю листы, чтобы найти имя автора.
Звонок в дверь.
- Мамочка, кто пришел? – Ева изумленно посмотрела на меня и резко вскочив, побежала к входной двери с криками:
- Бабушкааа!
Поднялась следом за ней, понимая, что рабочий день мамы еще не закончен.
Тянусь открывать дверь, Ева спряталась за мои ноги и аккуратно выглянула из-за меня, чтобы посмотреть кто пришел.
Открываю дверь и замираю.
Чувствую только крепкую хватку Евы за ногу.
- Мама, кто этот дядя? – громко спрашивает малышка.
Его серые бездонные глаза, ровно такие же, как у нашей дочери – смотрели на меня печальным взглядом, полные раскаяния и нежности. И мое сердце безжалостно начало пробивать грудную клетку.
***
- У тебя красивая улыбка, Эванс. - съехидничал я, хоть и говорил серьезно.
- Надо же, за десять лет общения я таки заслужила комплимент. Спасибо, ты тоже ничего. – и она рассмеялась.
Снова.
Конец