По коже побежали мурашки, когда я вспомнила, чем чуть не закончилась для меня предыдущая поездка по этим местам, но я постаралась взять себя в руки и лишь плотнее закуталась в шаль, не смотря на то, что дневная духота еще не спала.
Только после того, как город остался позади, скрытая от посторонних глаз, я что было силы хватила коня ногами в бока и он, проявив завидную прыть, помчался вперед, выбивая комья земли из-под копыт.
Ни разу в своей жизни мне не приходилось сидеть верхом на животном, полном настолько поразительной силы. Прическа моментально развалилась, я практически легла на шею коню, вцепившись в вожжи. Оставалось только молиться, чтобы у меня хватило сил удержаться в седле и кубарем не слететь под копыта.
Через пару минут мы достигли того самого леса. «Необходимо пробежать его как можно скорее, иначе… Я даже не стала додумывать, что могло быть иначе.
Однако, конь у меня на сей раз был отменный, что давало мне хоть какие – то призрачные шансы ускользнуть от обитателей этого ужасного леса, если бы возникла такая необходимость.
Осторожно пригибая головы, чтобы не задеть за раскидистые узловатые ветви деревьев, мы, сбавив скорость, наконец, въехали в лес.
«Мне нужно держать себя в руках. Нужно не поддаваться панике» – сбивчиво думала я. «Скоро этот ужасный лес закончиться, и мы сможем выбраться на поляну, а там по прямой до гор. Так кажется».
Я знала, что в корсаже моего платья лежит бережно сложенная карта, но отпустить поводья я была просто не в состоянии.
«Я посмотрю эту карту, когда мы проедем лес». Только бы его проехать. Буян тоже, словно бы почуяв опасность в беспокойстве вертел головой, стриг ушами в разные стороны, пытаясь уловить малейшие посторонние звуки, доносившиеся откуда – то из чащи.
Чем дальше мы заезжали в лес, тем солнца становилось все меньше. Оно и так практически уже закатилось за горизонт, а среди пышных крон его не было и вовсе. Чтобы что – то разглядеть приходилось долго всматриваться в темноту. А тут еще плотный как бумага белый туман, сначала слегка, а потом все плотнее начал замеиться тонкими струйками вокруг меня.
Неожиданно где-то закричала птица, я вздрогнула. Этот отрывистый гортанный звук эхом разнесся по лесу, пронзая зловещую тишину. Я смутно помнила, что лес должен скоро кончиться, по крайней мере, едва различимая тропинка, снова приобрела более четкие очертания и стала явно шире.
Я старалась хоть как-то отвлечься от окружающей действительности, подумать о чем-нибудь более радостном, но безрезультатно. Ужас полностью завладел моим телом и мыслями, не давая сосредоточиться на чем-то другом.
А потом я услышала душераздирающий крик. Я не сразу даже поняла, что он принадлежал мне самой.
Я скорее почувствовала, чем увидела, что дорогу нам перегородило что-то едва различимое. Буян резко вскинул передние ноги, порывисто заржал от испуга и ринулся вперед.
«О, Боже, Господи! История снова повторяется» – только и успела подумать я, как случилось самое страшное. Когда конь подпрыгнул, я на мгновение потеряв равновесие, кубарем скатилась на землю. Что – то больно ударило мне в плечо, должно быть корень высокого дуба, на который я налетела, когда падала.
Я машинально схватилась за ушибленное место и замерла, не понимая, что же мне делать дальше. А потом все начало происходить с огромной скоростью, словно на ускоренной видеопленке.
Буян, почувствовав неожиданную легкость, молниеносно перебирая копытами, пустился по одной единственной дороге, вперед, навстречу тому, что притаившейся тенью лежало поперек дороги. Пока лошадь приближалась, Тень, словно оцепенев, не подавала никаких признаков жизни. Приблизившись максимально близко, конь приготовился к прыжку, но в эту самую секунду тень сделала едва заметный выпад и Буян, громко заржав, повалился на бок. Наверное, в эту страшную секунду, над кронами из – за облаков выплыла луна, потому что скользкие ее лучи ненадолго осветили все, что происходило на дороге.
Я почувствовала, что не могу пошевелиться от той картины, которую увидела. То, что казалось мне тенью, на самом деле выглядело ужасным мерзким существом. Чем-то в отдалении оно напоминало человека, только почему-то у него совсем не было ног, одни странные расплющенные обрубки, которые волочились по земле, пока оно подползало на руках к лошади. От одежды сохранились только странного вида зеленые клетчатые штаны, выпачканные грязью и страшно изорванные. Когда на миг существо повернуло на меня голову, я не смогла сдержать крик, у него не было глаз, одни только пустые зияющие черными дырами, глазницы.
Я замерла, между тем, существо издав какой –то рычащий звук уверенно двинулась к поверженному коню. То, что происходило потом, напомнило мне отвратительные картины, виденные мной в фильмах ужасов и заставляющие меня всегда отворачиваться. Оно ухватило буяна за шею и, чавкая, буквально вгрызлось в живот коня. Животное заржало от дикой боли, а я прикованная паникой к стволу дерева, не могла ничего сделать. Я видела, как струи крови брызнули на притоптанный песок дороги. И в этот момент лошадь вдруг обернулась на меня. То, что читалось во взгляде животного, было страшнее всего происходящего. Он смотрел на меня, моля о помощи, смотрел с укоризной, будто обвиняя в том, что с ним происходило, а потом глаза подернулись дымкой боли. Я знала, что должна ему помочь, но как. Неожиданно моя рука нащупала что – то твердое. Я обернулась и увидела, что бессознательно сжимаю толстый крючковатый сук, который свешивался до самой земли. Приложив все силы, я порывисто дернула его на себя, он оторвался от ветки и остался у меня в руке. Подскочив, я ухватилась за него и побежала навстречу той картине, которая разыгрывалась передо мной. Оказавшись в непосредственной близости, я высоко занесла сук над головой, зажмурилась и, собрав всю злость, плашмя опустила его на голову существу.