Не то чтобы он действительно относился к Лии подобным образом, но предпочитал скрывать это.
Затянутая в перчатку ладонь Джиллиан легла на его руку, отвлекая от мрачных мыслей.
– Ты правильно сделал, что пришел к нам, – сказала она ласково. – Мы обязательно придумаем способ, как помочь моей кузине.
Джек через силу улыбнулся. Его тревога за Лию была так велика, что он обратился к Левертонам с просьбой помочь ему убедить ее вернуться домой в Стоунфелл. И здесь нужно было проявить хитрость, по крайней мере сначала, поскольку ему еще не представился случай рассказать Лии о Джиллиан, не говоря уже о том, что ее кузина теперь герцогиня.
– Большое спасибо, – ответил Джек. – Я уверен, что нам удастся вложить ей в голову немного здравого смысла.
– Похоже, пока она не склонна принимать чьи-либо советы, – заметил Чарлз.
– Она все еще тешит себя мечтой начать новую жизнь на сцене. Но со временем она обязательно прислушается к доводам разума. Так было всегда.
– Ты имеешь в виду, что она всегда прислушивалась к тебе, – с усмешкой сказала Джиллиан. – Но так было в прошлом. И как бы ты ни хотел помочь, ты ей не родственник. Ее родня Лестеры. – Она многозначительно посмотрела на него. – Как и я, могу добавить.
– Она тебя подловила, старина, – усмехнулся Чарлз. – С кровью не поспоришь.
– На ее кровных родственников в этом вопросе нет никакой надежды, – язвительно возразил Джек. – Кроме того, за исключением ее бабушки никто не знает ее лучше, чем я. А я знаю, что жизнь актрисы – или куртизанки, упаси бог, – не для Лии. Ее место в Стоунфелле.
«Со мной».
Джиллиан снова подалась вперед и заглянула в партер, который чрезвычайно активно заполнялся.
– Да, однако должна признать, я понимаю, что ее здесь привлекает. Полагаю, нам следует арендовать ложу на сезон, Чарлз. Тогда мы сможем приходить повидаться с кузиной когда захотим.
– Не думаю, – ответил муж обиженным тоном.
– Не будь таким занудой. Здесь очень весело.
– Скорее пошло и вульгарно – вот что приходит мне в голову, – возразил Чарлз. – Кроме того, ты разочаруешь и разозлишь Джека, если будешь поощрять мисс Кинкейд. Предполагается, что мы должны помочь ему вырвать ее из театральной среды, не забыла?
Джиллиан поморщилась.
– Я знаю, но, кажется, это довольно-таки лихо с ее стороны. К тому же театральные пьесы могут быть очень поучительными, в особенности драмы Шекспира.
– В театре «Пан» не ставят ничего такого, что хотя бы отдаленно напоминало Шекспира, – сказал Джек, глядя в программку, которую держал в руке.
Программа представляла собой обычную ерунду и начиналась с пантомимы и декламации миссис Лестер под музыку. За главным представлением вечера с абсурдным названием «Королева горы Олимп» следовала небольшая комическая оперетка, в которой должна была появиться Лия. «Сюрприз для жены трактирщика» поверг Джека в ужас.
– Когда же появится моя кузина? – спросила Джиллиан.
– В самом конце оперетки, – буркнул Джек.
Чарлз горестно вздохнул.
– Прекрасно. Нам предстоит выдержать целый вечер ужасающе скверной игры и еще худшего пения – не упоминая уже о публике, полной негодяев, карманных воришек и пьяниц. Нам повезет, если мы выберемся отсюда живыми.
– Я сумею защитить тебя, дорогой, – сказала Джиллиан с улыбкой. – Кроме того, не может же все быть так плохо. Лорд и леди Монтгомери сидят всего через несколько лож от нас. – Она подалась вперед и восторженно замахала рукой крайне удивленной паре пожилых аристократов, прежде чем муж втянул ее обратно.
Джек попытался беспристрастно оценить игру актеров и в конце концов сказал:
– В принципе неплохо.
Прежде всего толпа в партере и на балконах казалась ничем не хуже, чем в любом другом лондонском театре. Она включала как дворян, так и разного рода респектабельных торговцев с их семьями, наряду с обычными типами сомнительной репутации. Со вкусом отделанные – в спокойных зеленых и бледно-желтых тонах, подчеркнутых позолоченной лепниной, – фойе и коридоры тоже выглядели лучше, чем можно было ожидать. Хотя помещения за кулисами были темными и определенно требовали ремонта, как Джек, к своему ужасу, обнаружил, Стивен Лестер явно вложил значительную сумму в обустройство места, способного соперничать с лицензированными театрами вроде «Друри-Лейн».
– Музыканты занимают свои места, – сказала Джиллиан.
Разместившись в небольшой оркестровой яме перед сценой, музыканты начали выступление с «Боже, храни короля». Как только зрители снова уселись, занавес подняли, и вечернее представление началось.