Сергей сел за стол, взял в руки меню и стал внимательно его изучать, хотя слово меню в данном случае звучало слишком громко, ведь это были всего пять машинописных страничек, напечатанных под копирку, причём уже убитую в хлам. С трудом разглядывая текст, который едва читался на бумаге дрянного, никуда не годного качества, он сердито проворчал:
– Знаешь, Юлечка, за такое меню в Танзании, где мы как-то раз охотились на антилоп, даже местные аборигены тотчас спалили бы тот ресторан, где его сунули в руки клиенту, не говоря уже о белых масса. Кошмар какой-то, ничего не разобрать. Ладно, будем действовать методом допроса с пристрастием.
Сергей громко щёлкнул пальцами и сгибая указательный, позвал к себе официанта. Тот нехотя подошел и буркнул:
– Что будете заказывать?
Вредный новый русский широко улыбнулся, слегка наклонил голову и не смотря на своё благодушие сердито прорычал:
– Для начала улыбку с изрядной толикой вежливости, любезнейший, дружеское приветствие мне и моей даме, затем было бы желательно, чтобы вы представились, а уж потом я сделаю заказ. Но если вы против, можем начать по другому, с жалобной книги прямо сейчас и моего похода в горком партии завтра утром. Ну, с чего мы начнём наше общение, уважаемый? Мы ведь пришли к вам в гости и я намерен оставить в вашем ресторане какую-то часть содержимого своего бумажника, – Сергей слегка оттянул борт своего дорого пиджака и даже вытащил наполовину толстый бумажник крокодиловой кожи – А это означает для вас успешное выполнение плана и так далее, вплоть до чаевых. Давайте не будем портить друг другу вечер, пожалуйста.
Официант озадаченно клацнул челюстью. По его физиономии было видно, что план его волнует в самую последнюю очередь, зато угрозы на счёт жалобной книги и похода клиента в горком, да, ещё предостережение на счёт чаевых, сразу же подействовало. Лицо официанта мгновенно разгладилось, подобрело и он чуть ли не подобострастно воскликнул:
– Добрый вечер, спасибо что зашли в наш ресторан. Меня зовут Николай. Что будете заказывать?
Сергей снова вежливо поклонился и ответил:
– Нас интересует хороший ужин с шампанским, Николай, но о нём чуть позднее. Извините, похоже, что вам не понравился мой щелчок пальцами, но поверьте, в очень многих странах клиенты именно так подзывают официантов. В Париже, правда, ещё и кричат при этом: – "Гарсон!", словно на пожаре. А теперь давайте поговорим о том, что самое лучшее есть у вас сегодня в меню помимо чёрной икры. Двести пятьдесят грамм икорки подайте нам пожалуйста после горячего независимо от того, что ещё мы закажем. А к ней, пожалуйста, бутылку "Советского шампанского", только мы сначала выясним какое у вас есть, а дополнительно к нему двести пятьдесят грамм армянского коньяку. Здесь написано, что у вас есть "Юбилейный". Кстати, я очень хорошо разбираюсь в коньяках, ну, вы сами понимаете, что я имею виду.
После этого, внушив к себе должное уважение и заставив лабухов приглушенно рассмеяться, Сергей выяснил, что сегодня в ресторане есть очень хорошая говядина и куры. Поэтому он заказал ему два цыплёнка-табака покрупнее и позажаристее с собой вместе с двумя бутылками шампанского и двумя грузинскими лавашами, а после этого по солянке сборной, по большому ромштексу, жульен с грибами, салат "Камчатский", на десерт кофе-гляссе для дамы и чёрный кофе для себя, а для начала попросил принести виноград, он тоже был в меню, и коньяк. Юля, посмотрев на него с обожанием, как только официант ушел, сказала:
– Сразу видно, Серёжа, что ты поездил по всему свету. А ведь всё правильно, мы пришли сюда в гости и нас тут должны привечать, а не буркать так, словно мы собираемся у них что-то украсть. У нас в авиации всё совсем не так. Там бегаешь по салону, как скаковая лошадь, улыбаешься всем, а тебе в ответ так и норовят нахамить. Иногда так обидно бывает.
Сергей вздохнул, развёл руками и сказал:
– Увы, Юлечка, клиент всегда прав. Даже тогда, когда он конченая скотина. Но насколько я знаю, стюардессы ещё когда пассажиры только подходят к самолёту, сразу же видят, кто есть кто и обычно незаметненько так гадят таким типам. По чуть-чуть, но делают это. Поэтому я всегда вежлив со всеми, кто меня обслуживает. Честное слово, я как только подумаю о том, что перед тем, как принести мне чашку кофе стюардесса может в неё легонько плюнуть, мне тут же дурно делается.
У девушки от такого известия чуть глаза на лоб не полезли, но Сергей в доказательство своей правоты сокрушенно развёл руками и покивал головой. Вскоре пришел официант, принёс виноград с коньяком и сообщил им, что в ресторане "Машук" есть три вида шампанского, цимлянское, московское и произведённое в Саук-Дере, с чёрной этикеткой, какое-то коллекционное. Сергей тотчас увеличил свой заказ ещё на одну бутылку, пояснив:
– Юлечка, это ещё не факт, что завтра или послезавтра мне удастся купить такое шампанское в магазине, а я человек очень запасливый. Терпеть не могу пустых холодильников и шкафов.
Юля, улыбнувшись ему улыбкой невесты, спросила:
– Ой, Серёжа, а это правильно начинать ужин с коньяка?
– Разумеется. – Ответил он – Я всегда начинаю ужин с аперитива, а это может быть любой напиток. Лучше всего, конечно, когда аперитивом является мадера, но советскую мадеру я точно пить не стану ни при каких обстоятельствах. Вот испанская мадера это действительно нечто потрясающее. Ну, солнышко моё, давай выпьем за наше с тобой знакомство. Я налью тебе совсем немного коньяку, да, и сам выпью самую малость. Вообще-то я на спиртное крепкий, натренировался на корпоративах, а тебе лучше на коньяк особенно не налегать. Правда, после него мы будем пить шампанское, но это не страшно. Градус за столом нужно понижать, но ни в коем случае не повышать. Юля, извини, я не достал тебе ещё своими разговорами про выпивку?