Ух, бля… попка у нее конечно зачетная. Даже такому извращуге как я нечего предъявить, ну кроме члена конечно. Но он не для этой самочки. Его я берегу для особого случая. Правда, я очень теперь сомневаюсь, что этот случай сегодня представится. Видел, как Тема на эту незнакомку пялился. И стояк его приметил. Не из наших он – не радужный, как бы я не мечтал.
Сука! Сука, я сам-то из радужных?! Че мой-то член творит?!
Караул! Ты на кого прешь, дубина?! Это жопа не для тебя. Но я бы ее растянул…
Надеюсь, я не вслух это сказал?!
Что б меня, кажется вслух, потому что мыло падает, и Бэи наклоняется за ним, подставляя мне под нос вот эту самую упругую дырочку. Темное, заветное колечко, к которому непроизвольно тянется моя рука.
Остановись, придурок! Ты что творишь?!
Это вопит мой разум. Он привык к устоявшейся картине мира. Но… что-то идет не так. Съезжает с привычных рельсов мой паровоз эротических фантазий, когда Бэи, вихляет передо мной задом, пытаясь поймать скользкое мыло.
Я хватаюсь за ее полушария обеими руками и дергаю на себя.
Бэи охает и замирает.
Молю ее разогнуться и вдарить мне по харе, но… паршивка только дрожит и смиренно ждет, что я сделаю. Я же, окончательно теряю управление над тем самым паровозом и лезу… Куда бы вы подумали? Нет не в то заветное колечко, которое вызывает во мне бурю эмоций. Не в него. Ниже… туда, где еще ни разу не бывала моя рука, про остальное и говорить не приходиться.
– А-ах, – тихо стонет Бэи, когда я прохожусь по влажным складкам. Хочется думать, только для того, чтобы собрать ее смазку и втереть в очко, но… Я задерживаюсь у входа в секретный бункер дольше нужного. Да не просто задерживаюсь, я погружаю пальцы в алую щель девки и так замираю.
Там тепло и… гладко. Очень гладко. Никогда бы не подумал, что так бывает. Но… бывает же. И что самое удивительное, меня не тошнит. Мне нравятся ощущения, хочется повторить этот удивительный скользящий приход.
Я заталкиваю пальцы глубже. Бэи снова стонет и выгибает спину, чтобы мое погружение сделалось еще более ощутимым.
– Ох, бля! – вот это уже вслух.
Но вы поймите, я можно сказать девственности только что лишился. Да бикини я с самого детства лицезрел, но чтобы касаться… Не планировал по правде сказать. И вот сейчас… касаюсь.
– Ах-х, – снова стонет Бэи и начинает двигать бедрами, насаживаясь на мои пальцы.
Натурально траехет мои руки. Или это я ее трахаю? Но я и не двигаюсь ведь. Хотя хочется. Еще один незнакомый приход.
Скука, член из джинсов уже лезет. В него больно впивается ширинка. Сдергиваю одной рукой ремень и тащу вниз собачку. Как не прищемил себя молнией, не знаю, трясутся же руки.
– Отсосешь? – вырывается у меня неожиданный вопрос.
Бля, почему неожиданный? Вполне закономерный, если учесть, на что я любовался через зеркало заднего вида, пока эта вот шаболда моего Темыча по дивану раскатывала.
Глава 6. Я ж тебя задеру.
– Отсосешь? – слышу я хриплый голос Борзого. Буду звать его так. И с фамилией созвучно и натуре его больше подходит, чем ласковое Сережа.
Конечно, милый. Как не отсосать такому зверюге, тем более, что ты входишь в мое задание? Отсосу, да так, что ты меня никогда не забудешь.
Разгибаюсь и поворачиваюсь к парню. Невинно хлопаю ресничками, смущенно опускаю веки и с придыханием шепчу:
– Отсосу.
– Ох, епти! – хватается за голову Борзый.
Я признаться, тоже пугаюсь. Нет, не здоровенной балды, которая вопреки обычным предпочтениям парня очень даже грамотно на меня отреагировала. Я боюсь, что он включит заднюю. Именно поэтому резко опускаюсь на корточки и хватаю руками пульсирующий член. Тут же набрасываюсь на него и вбираю всю красную, лоснящуюся головку в рот.
– М-м-м-м – стонет парень.
Мычу ему в унисон, всем своим видом показывая, что я от него в восторге. Борзого это вдохновляет. Он хватает меня за волосы и резко насаживает на член.
В горле першит, из глаз тут же слезы брызжут, но я позволяю парню трахать мой рот. А он именно что трахает. Грязно и пошло. Так резко засаживает в мое узкое горло, что я начинаю задыхаться. Дергаюсь, мычу, но Борзый не слышит, он всецело отдался удовольствию.
Понимаю такую реакцию – я первая женщина в его жизни, которая оказалась так близка к святая святых. Он в шоке и от ощущений, и от собственной реакции на них. Мальчик думал о себе нечто иное. Но на то я и суккуб, чтобы раскрывать истинные, не надуманные фантазии и желания. Хочешь ты меня Борзый, очень хочешь. Так сильно, что запрокидываешь голову и рычишь, продолжая драть мои волосы и насаживать голову на свою дубину.