Майкл обнял ее за плечи и стал массировать напряженные мышцы.
— Это хорошо. Значит, Гилкрист испугался.
— Хорошо?! Ничего хорошего! Если я проиграю, Анжелику упекут в санаторий для душевнобольных, как Мэгги, а наше ранчо разделят на маленькие участки и распродадут. Мои братья никогда не смогут их выкупить, никогда!
«Еще лучше, — подумал Майкл. — Клуб напуган до такой степени, что вынужден зашевелиться. Сам Брэдли не погнушался запугивать Кло. Но она теперь вынуждена думать, кто может пострадать от ее провала».
— И что ты чувствуешь по этому поводу?
Кло уперлась ладонями в стол. Она смотрела на Майкла блестящими синими глазами.
— Я хочу бороться, и ты прекрасно это знаешь, Майкл. Но на карту поставлены судьбы слишком многих людей!
На плите кипел суп. Майкл дотронулся до коротких локонов на голове Кло.
— Думаю, нам надо поесть.
Кло попыталась намазать масло на растерзанные куски батона. Потом повернулась к нему:
— Ты ешь.
— Хорошо, — сказал Майкл, наливая в миску суп. — Все очень просто. Я, во всяком случае, знаю, что мне следует делать.
Кло села напротив него за стол.
— Что ты имеешь в виду?
Майкл поднес к ее губам ложку с супом. Она машинально проглотила и посмотрела на него.
— Логическая цепочка. Заниматься с тобой любовью — раз. Слушать твои стоны и крики, пробовать тебя на вкус… — Он посмотрел в окно, молясь про себя, чтобы не сделать неправильного движения сейчас. — А когда они сделают ошибку, я буду рядом с тобой. Хватит разговоров, давай есть, — он сунул ей в руку ложку.
«Майкл, ты сам нуждаешься в помощи», — подумала Кло, проснувшись от его крика. Майклу опять снился кошмар. Она обняла его покрепче, прижав мечущуюся голову к своей груди, и погладила по волосам. Майкл вздрогнул всем телом и сел, трясясь, по-прежнему в плену кошмарного сна. Ему снилось, что он никак не может схватить серийного убийцу, который на его глазах насилует и убивает маленьких девочек.
— Кло?..
— Я здесь, Майкл.
Дрожащими руками он обхватил ее лицо, в его черных глазах стояли слезы.
— Они были совсем маленькими, Кло… Пяти и шести лет всего. Этот выродок сказал во время следствия, что десятилетние на его вкус слишком старые. Он улыбался, когда ему читали приговор, Кло. Он улыбался!
Майкла затрясло от гнева. Кло притянула его к себе, целуя подбородок, сжатые губы, щеки, глаза.
— Тихо, тихо… Иди ко мне.
Она нежно прижалась к нему, утешая старым, как мир женским способом, пока он не ответил ей по-мужски.
18
— Перестань дергаться, сынок, — сказал Майкл стоявшему рядом Сергею.
По арене, где проходило родео по случаю Дня независимости, скакала Джози на своем любимом жеребце. Ее длинное стройное тело составляло одно целое с мощным животным. Стетсон был низко надвинут на лоб, а грудь четко вырисовывалась под прибитой ветром блузкой.
Сергей, весь напряженный, как струна, с нервно раздувавшимися ноздрями был обвешан камерами, а карманы его были забиты кассетами с чистой пленкой. Он тяжело вздохнул, как будто долго сдерживал дыхание.
— Странно, что я еще не поседел. Джози не желает меня слушаться и все-таки скачет на этом безумце! А я все равно люблю ее, как последний идиот. Она даже не позволила мне разобраться с этим Эдвардом, этим щенком с бесполезным сучком вместо мужского органа!
Он бросился к ограде, подняв фотоаппарат, и стал снимать Джози со всех сторон, что-то бормоча себе под нос.
Радость Майкла при виде возбужденной толпы сразу померкла, когда он получил довольно ощутимый удар в грудь.
— Они только что объявили, что ты собираешься скакать на этом быке-убийце! — воскликнула Кло, пока Майкл восхищенно разглядывал ее красную шелковую рубашку и черные обтягивающие джинсы. — И прекрати так на меня смотреть, будто хочешь схватить меня, закинуть на плечо и унести в ближайший амбар. Мы провели с тобой шесть ночей в твоей знаменитой кровати, и ты ни разу не сказал мне о том, что хочешь участвовать в родео на этом сумасшедшем быке!
— Если помнишь, моя сладость, я был слишком занят, чтобы разговаривать, — улыбнулся он, желая увидеть, как вспыхнут яростью ее глаза.
— Этот бык ни разу не участвовал в таких состязаниях, Майкл. Он действительно доставит тебе «крупную неприятность»! Наконец, ты слишком старый для такого быка… И ты единственное, что у меня сейчас есть!
Майкл взял ее руку, которой она упиралась в его грудь, и поцеловал. Кло в ярости отдернула руку.
— Ты же знаешь, как я переживаю из-за этого проекта, как боюсь провалиться. Ты думаешь, я показываю это кому-то, кроме тебя? Я никогда никому так не открывалась, как тебе. Я видела, что сделал бык с Роем Мидоуларком. Ты хочешь, чтобы с тобой произошло то же самое?