— Нам бы еще Анжелику — и неизвестно, что сегодня вытворили бы Дикие Ивы! — мечтательно протянула Кло. — Но эта лиса заявила, что она сегодня вечером занята. Интересно, чем можно быть занятой в Лоло? Или сегодня у нее день здоровья? Она, наверное, налепила огуречных очистков на свое нежное личико и сделала ванну из сливок для тела. Я слышала, что в бакалейном отделе был сделан крупный заказ на сухие сливки. Наверное, это для нее.
Джози расхохоталась.
— Нет, сегодня у нее грандиозный план на вечер. Я видела ее утром у самого дорогого магазина в городе, а потом она забежала ко мне сюда и спросила, что я знаю о сигарах. Отец любил курить кубинские сигары, помнишь? Она спросила, какие лучше подойдут к комбинезону из камуфляжной ткани и шелковой блузке от Армани — тонкие темные или толстые посветлее. Не думаю, что она наденет сегодня брошь от Тиффани: побоится презрительного взгляда Куинна Лайтфезера. А сегодня, как ты знаешь, у него в баре будет обычный субботний покер до рассвета. Так как мужские клубы — единственное место, куда еще не пускают женщин, думаю, Анжелика собралась сегодня штурмовать бар Куинна. — Джози отпила лимонад из своего бокала. — Почему она не позвала с собой меня, совершенно ясно. Я в последнее время была не в лучшей форме, и это ее очень расстраивало. Она просто сходила с ума, посмотрев на меня. Так что ей надо развеяться. Ну, а насчет тебя… Она сказала, что вряд ли ты согласишься туда пойти после стычки с Майклом, который тоже там будет. Прошло еще слишком мало времени после того, как вы кувыркались на траве.
— «Кувыркались»?! Да все было совсем не так! — возмутилась Кло, вспомнив свое состояние под тяжелым телом Майкла.
Он настолько умело целовал и возбуждал ее, что такое вульгарное слово к этому никак не подходило. Кло покраснела, вспомнив, как его язык проникал в ее рот, как она при этом выгибалась бедрами ему навстречу, как плавилось ее тело под его руками, когда он положил ей ладонь на грудь…
Она вдруг с ужасом почувствовала жаркую волну желания и почти ощутила кожей его прикосновения и вес тяжелого тела. Она до сих пор хотела его! По сравнению с поцелуями Майкла, вся ее интимная жизнь с Россом теперь казалась простой иллюстрацией в справочнике по криминалистике к статье об изнасилованиях. Грубое вторжение, ритмичные движения, тщательное смывание следов — и тупая боль во всем теле бессонными ночами…
— Впрочем, у меня все равно нет денег на то, чтобы туда идти, — заявила Джози. — Мне едва хватает на жизнь. Если Эдвард заметит, что у меня нет чего-нибудь из еды или одежды для Коди, он снова потребует его отдать. Я просто не знаю, что делать! Коди любит меня, но и Эдварда тоже, и то, что у него есть отец, очень важно для него.
— Джози, почему ты вышла за него? Знаю, ты была беременной, но ты могла уехать отсюда и жить где-нибудь одна со своим ребенком. Мы же выросли с ним и знаем, что он за человек.
— Я думала, вдруг он меня полюбит… — застенчиво улыбнулась Джози. — Я даже стала тогда следить за модой, делала эффектные прически, представляешь? Но ничего не помогло. Он никогда не любил меня. Вот ты выросла вместе с Майклом. Ты знала, какой он, знала, что он вырастет похожим на своих родителей — справедливым, честным, добрым человеком. Но ты же не вышла за него замуж!
— Майкл — не тот, кто был мне нужен, — пробормотала Кло и мучительно покраснела, потому что это было неправдой.
Тогда, в девятнадцать, она представить себе не могла, что кто-то, кроме Майкла, сделает ее женщиной, прикоснется к ней. Она жаждала его, как глоток воды в пустыне. Он был для нее единственным мужчиной на земле, самым первым в ее списке жизненных ценностей. Но он отверг ее тогда в амбаре…
Джози тихонько хмыкнула.
— Думаю, он догадался об этом, когда ты запустила в него мячом. Тебе не следовало тогда звать его в амбар. Майкл Бирклоу из тех мужчин, которые сами делают выбор, особенно когда речь идет о женщинах.
— Я же никогда не говорила, что он мне нравится! В конце концов, мне было тогда всего девятнадцать лет, и я умирала от любопытства.
— Не смеши меня! Когда тебе было девятнадцать, ты плющом вилась вокруг него, ты преследовала его, как влюбленная кошка. Ты зазвала его в амбар, чтобы подарить ему свою девственность прямо там, на сене, и не смогла пережить того, что он тебя отверг. Я прекрасно помню, как мы зашли за тобой в тот вечер, чтобы пойти на танцы. Ты металась по комнате, собирая вещи в Чикаго, а Стелла стояла рядом и чуть не плакала, что ее птенчик вылетает из гнезда. Ты хотела, чтобы тебя соблазнили на сене, как какую-нибудь девку! И кто?! Парень, который фактически был Стелле сыном и лучшим другом твоих братьев! — Джози дернула Кло за хвост на голове. — Глупая, ты же знаешь, что говорят о мужчинах из рода Бирклоу. Они берут то, что хотят сами и когда хотят. И эта романтическая традиция с ложем для новобрачной! Они сами рубят дерево и своими руками делают кровать для своих невест. Это так здорово, наверное, быть невестой такого мужчины… — мечтательно протянула Джози, а потом сочувственно погладила Кло по голове.