Я просто хотела пойти домой, лечь в тёплую кровать и накрыть подушкой голову, чтобы не слышать чужой лжи, которая даёт необоснованную надежду моей неокрепшей психике. Я так хотела поверить Никите, но в то же время я понимала, что в его словах нет ни капли правды.
Челюсть Никиты сжалась, когда он понял, что я не шучу. Я была предельно серьёзна, зла и одновременно взбудоражена. Он стоял так близко, что я чувствовала тепло, которое исходит от его тела, которое отзывалось едва заметной тряской моих коленей.
- И, пожалуйста, отойди от меня, - попросила я.
- Хорошо, - согласился Никита, сделав шаг назад, но я всё равно чувствовала злость, которая исходила от него клубами.
Такая же злость читалась в его глазах. Мне стало страшно от того, что я стала причиной этой реакции.
- Если ты хочешь заниматься, то давай продолжим, - язвительно отозвался он. - Я даже готов рассказать о себе кое-что, о чём ты даже не могла догадываться. Доставай блокнот и записывай, это история долгая.
Я прекрасно понимала, что это сарказм, но всё равно сделала так, как он просил. Я открыла блокнот на новой странице и выжидающе уставилась на парня. Но его это ни сколько не смутило.
- Ты скорее всего знаешь, что после смерти мамы мы с Алиной жили у маминых родителей и всё было хорошо, у нас уже начали появляться друзья, у меня появилась девушка, но пол года назад я подрался с одним парнем, - Никита горько вздохнул. - Ладно, возможно я с ним не дрался, а просто избил его. Да, я не горжусь этим поступком, но моя совесть не заставила меня ни разу усомниться в правильности того, что я с ним сделал, потому что он заслуживал намного большего. Но он написал на меня заявление за тяжкие телесные. Меня с лёгкостью могли посадить на несколько лет, и чтобы имидж семьи не был нарушен, отец предложил отвалить парню денег, чтобы он забрал заявление, если я соглашусь сделать ему «маленькое одолжение», - парень показал скобки в воздухе.
Я вздохнула. Кажется одолжение вовсе не было «маленьким».
- На самом деле это было два огромных одолжения, - подтвердил Никита моё предположение. - Первое — мы с Алиной переезжаем к нему. Второе — я засовываю в задницу свою гордость и соглашаюсь сделать предложение дочери друга отца. Я посчитал, что нет особой разницы между заключением в колонии и принудительным браком. К тому же я всё ещё думаю, что смогу в конце концов отвязаться.
- Ты думаешь, он разрешит тебе это прекратить? - спросила я с сомнением.
- Нет, - вздохнул Никита. - Думаю нет, но через пять лет закончится срок, в который тот парень может вернуть заявление. Так что мне осталось потерпеть всего несколько лет, а потом я буду свободным.
- А если у вас появятся дети? - предположила я.
Никита уверенно покачал головой.
- У нас с Мариной не такие отношения, - ответил он. - У неё есть парень, который её любит, и он знает обо мне. Не буду говорить, что он рад этому, но он понимает, в каком положении мы находимся. Даже если нам придётся пожениться, это не означает, что у нас будут какие-либо отношения, кроме дружеских.
Я не стала спрашивать про её причину, понятно, что и её, скорее всего, заставили родители. На сколько вообще надо не любить своего ребёнка, чтобы заставлять его проводить жизнь с человеком, которого он не любит?
- Если ты не веришь в то, что я тебе сейчас рассказал, то я могу позвонить Марине, - предложил Никита, глядя на меня с надеждой, - Она подтвердит мои слова и то, что между нами ничего нет.
Я вздохнула и покачала головой. Я верила ему и без этого, хотя может и не стоило.
- Прости, что наговорила тебе гадостей, - прошептала я, глядя ему в глаза.
Никита слегка улыбнулся.
- Всё хорошо, - возразил он, - мне просто стоило рассказать тебе всё с самого начала.
- У тебя бы было больше возможностей сделать это, если бы я не бегала от тебя две недели подряд.
Парень покачал головой.
- Мне стоило рассказать ещё до того, как мы с тобой поцеловались, - ответил он. - Тогда бы у тебя не было надежд на что-то большее.
- Какие могли быть надежды после слов: «Это было так отвратительно, что лучше это никогда не повторять»? - спросила я с лёгкой улыбкой.
- Я так не говорил! - рассмеялся Никита. - Я сказал сразу, что это было круто. И честно сказал, что я так сильно хотел тебя поцеловать, что не смог удержаться, хотя стоило. Это правда. Я до сих пор не могу сдерживаться, чтобы не поцеловать тебя.
Я улыбнулась.
- Тогда почему ты стоишь в двух метрах от меня? - решила уточнить я.
- Потому что ты попросила от тебя отойти, - напомнил он, а потом слегка склонил голову на бок. - То есть сейчас уже можно?