Алеша стал спускаться по склону. Концы некоторых кустарников загнуты петлей — так легче в снегопады отыскать дорогу. На наледи выбиты ступеньки, чтобы человеку не нужно было обходить стороной. Это была работа Заксора. С топориком за поясом, с кисетом, который придерживает деревянная прицепка — гада́, уходил он на рассвете в тайгу. Балаган из бересты, где можно отойти от мороза, построил он. Мох, подостланный снизу, добыл он на торфяниках. Алеша поднялся на наледь и увидел охотника. Наушники его шапки были подняты кверху. Вид у него был необычный. Он отошел несколько шагов в сторону, стал на колени и наклонил ухо к наледи. Потом он поднялся, сделал еще несколько шагов и снова стал слушать. Теперь Алеша увидел нечто, сразу поразившее его. Из кратера высоко поднявшейся наледи обычно бежала вода. Лужи замерзали слоями, и новые слои намерзали на них. Сейчас все было тихо, вода не лилась из наледи.
— Что случилось? Неужели замерз?
Охотник поднялся с колен. Его редкие усики заиндевели, верхняя губа казалась прошитой толстыми белыми нитками.
— Худое дело, — сказал он. — Ушел бираган.
— Как ушел?
— Ушел. Плохая вода. Другой искать надо.
Он сел на бугор и достал из-за пояса кисет. Если случается беда, прежде всего надо выкурить трубочку. Трубочка дает нужное спокойствие мыслям.
— Но ведь это несчастье… — сказал Алеша растерянно.
Заксор раскурил свою трубочку.
— Охотник зверя нашел. Один день сидит, ждет, другой день ждет. Уходит зверь. Опять искать, надо. Не хочет искать — ничего не найдет.
Надо прежде всего было найти гидролога. Они спустились к реке. Ключ, бивший со дна реки, давно затух. Они привыкли сравнивать непостоянство надмерзлотной воды с богатой струей их живого источника; теперь был мертв и этот источник. Они разыскали гидролога.
— Ну что же, случается… — сказал тот с обидным спокойствием. — Ушел по фильтрационным грунтам. Глина не пропускает воды, в песке же, в щебне вода может найти для себя более удобные ходы. Конечно, приятного мало, но изыскатель должен быть готовым ко всему.
Он перекинул на низкорослую шершавую лошадку свое юношеское тело и поехал к ключу. Алеша вяло брел позади. Сейчас оставалось одно — искать сброс или новый источник. Он вспомнил, что где-то в стороне, в километре от прежнего места, видел таликовый прогал. На вершине горы, может быть из трещин основных пород, выходила вода и далеко оттекала по склону.
Ему казалось, что там же, возле талика, приметил он тогда неровность земли. Выше, чем в остальной части долины, были подняты деревья на ней. Какие-то силы распирали земную толщу. Он направился к этому месту. Линия наклоненных друг к другу деревьев, иней на них, каждая проталина могли обозначать ход ключа. Он поднимался на сопки, спускался в распадки, шел вдоль русла реки. Но проталины не было. К вечеру он вернулся домой. В доме было темно, рабочие еще не возвращались. Он лег на свои нары и уснул. Вероятно, позднее затопили печурку, потому что в лицо ему несло жаром, от окон сзади дуло. Его лихорадило. Он завернулся с головой в одеяло и снова уснул. Сон был тяжелый. Большой волосатый Аксентьев сидел над таликом и удил в нем рыбу. «Вот, видишь, золотник», — говорил он и выдергивал леску из талика. Золотник был мал и похож на плотвичку. Рядом на наледи лежали такие же золотники. «Еще золотник», — говорил снова Аксентьев и выдергивал снова плотвичку.
Уже рассветало, когда он проснулся.
Окно посинело, и трещину на стекле прошил иней. В доме все еще спали, из-под дверей несло холодом. Алеша спустил ноги с нар, оделся и пробрался мимо спящих к выходу. Мороз словно притаился в тишине. Толстый пушистый иней лежал на деревьях. Между деревьями еще густо стояла синева. Морозный воздух остро входил в ноздри. От мороза или от быстрого шага скоро заломило в груди. Он остановился отдышаться. Глаза болели от белизны. Потом он прошел сквозь лесок и стал спускаться по склону. В долине больше снегу, и жесткий кустарник одиноко торчит на ней. Вероятно, от близкой оттепели деревья так густо покрыты инеем. Густой иней на деревьях — куржак — хороший признак. Обычно он бывает над местом выхода ключа из земли. Стоит только пойти по следу этих густо покрытых инеем деревьев, и придешь к цели. Вот здесь, под склоном горы, должен быть талик. Сейчас начнутся бугры. Его вдруг качнуло, он больно толкнулся плечом о ствол дерева. Целая снежная осыпь упала на него и запорошила ресницы…