Он оцепенело постоял под деревом. Ему хотелось спать. И сейчас же ноги сами услужливо уезжают вперед. Сидеть, прислонившись к стволу дерева, приятнее, чем двигаться. Неприятно только, что мокрый лоб быстро стынет. Потом приходит Аксентьев, садится рядом и запускает в талик свою удочку. Но талик мертв, и веселые тощие плотвички не клюют. «А ключ-то ушел», — говорит Аксентьев и всем своим тяжелым телом наваливается на его ноги.
IX
Из неприкрытой двери тянуло холодом. Заксор поднял голову и всмотрелся в синеву рассвета. Край одеяла с верхних нар свесился над ним. Он заглянул наверх, Алеши не было. Тогда он стал натягивать свои меховые доктон. Еще несколько привычных движений, и он вышел из дому и огляделся. Вот видно, что с нижних сучьев густо заиндевевшего дерева кто-то на ходу стряхнул иней: значит, недавно здесь проходил человек. Охотник пошел по следу. Вот сухая веточка дерева, переломившаяся под ногой человека. Здесь на спуске поскользнулся тот на льду и ухватился рукой за кустарник. Охотник пригляделся и на тонких жестких прутиках нашел клочок шерсти из варежки.
Падь тянулась узкой полосой между сопками. Одиноко чернели засыпанные снегом кусты. Охотник достал кисет и закурил трубочку. Табак принес нужное спокойствие. Если бы Алеша снова захотел осмотреть ключ, он пошел бы обычной дорогой. Но он свернул в сторону. Ночью охотник два раза слышал его стоны: значит, тот был болен или ему снился худой сон. Утренним ветром намело немного сухого снегу с деревьев. Он наклонился и долго рассматривал след. Две слабые вдавлины едва видны на снегу. На Алеше были новые, неразношенные валенки. Не всей ступней ступает человек в такой обуви. Вот пятно нажима передней части ступни, вот пятка. Он приложил руку ко рту и трижды крикнул в морозную тишину утра. Никто не ответил. Только с ближнего дерева посыпался иней.
Охотник снова двинулся дальше. Вдруг он увидел, как, торопливо хлопая крыльями, перелетела с дерева на дерево большая черная ворона. Она покружилась, прежде чем выбрала себе удобную ветку. Если ворона кружилась над деревом, значит, она что-то увидела. Нет птицы зорче и умнее вороны. Он опять приложил руку ко рту и крикнул. Ворона снялась с дерева, но не улетела, а сделала круг и села на другую ветку. Тогда он направился к этому месту. Еще издали он увидел, что Алеша сидит под деревом, прислонившись к стволу. Охотник опустился на колени и стал трясти его за плечи. Потом он расстегнул на нем полушубок, набрал снегу и короткими и сильными движениями стал растирать его грудь. На ресницах Алеши показались слезы.
— Это ты, Заксор… — сказал он и хотел улыбнуться. Его клонило ко сну, но охотник больно начал растирать ему щеки и нос. Белые пятна на лице Алеши стали розоветь. Оставалось дотащить его до дому. Тот сделал два шага и снова опустился на снег:
— Подожди, Заксор… я посплю.
Охотник попробовал взвалить его на плечи, но обмякшее тело в полушубке и валенках было тяжело. Тогда он достал из-за пояса топорик. Короткими косыми ударами он срубил две березки, сбил с них сучья и стесал полукругом концы. Потом он снял с себя ременный пояс, сделал на деревцах зарубки и накрепко соединил ремнем. Теперь оставалось поставить Алешу на ременную растяжку между деревцами и навалить себе на плечи. Вся тяжесть тела придется на растяжку, а затесанные снизу деревья будут скользить округлыми концами по снегу. Он положил руки Алеши себе на плечи и связал их спереди платком. Потом он впрягся и потащил его из лесу. Концы деревцев скоро обмерзли и хорошо заскользили по снегу. Надо было спешить, чтобы белые опасные пятна снова не появились на лице. Только бы дотащить до дороги к ключу. Там может встретиться начальник на лошади. Снег по обеим сторонам пади зеленел и краснел. Когда кровь слишком сильно бьет в голову, тогда начинает человек видеть все в таком цвете. Труднее всего на подъеме. В ушах начинается звон, и самое опасное, если лопнет от напряжения главная жила.
Рябчик вдруг взлетает из-под самых ног. Рябчик напоминает, что охотник не должен уставать на охоте. И он волочит дальше свое тяжелеющее сооружение. Затем ветер доносит горьковатый запах дыма жилища. Начальник стоит у порога дома. Он всматривается в их сторону и спешит навстречу.
— Вот пришли, — говорит Заксор.