— Расслабься. Это не Райан Гослинг, — говорит Агнес, закатывая глаза. — Никогда не понимала, что в нем может нравиться.
Дри не слышит ее. Смотрит на меня во все глаза, ждет ответа.
— У его мамы книжный магазин. Меня взяли туда на работу, в основном потому, что он ударил меня по башке кофром с гитарой. Звучит смешно, я понимаю. Но это чистая правда.
— И что дальше? — говорит Дри.
— А что дальше?
— Все!
— Собственно, да. Это все.
— Что он сказал? Что ты ответила? Можешь нас познакомить? Ты слышала его группу? Это настоящий восторг. Оргазмград.
— Э… — говорю я. — Он, конечно, парень видный, но чтобы прямо до оргазма…
— Нет, так называется его группа. «Оргазмград».
— Что, правда?
— Ага. И он потрясающий. Потрясающий. Надо видеть его на сцене! Я в него влюблена до безумия. Вижу его, и меня всю трясет. Он никогда со мной не разговаривал. Не сказал ни единого слова. До этой минуты.
— Вообще-то он разговаривал не с тобой, — замечает Агнес.
— Он стоял совсем рядом! Я уже счастлива! — Дри еще сильнее сжимает мою руку. Мне уже больно. — Офигеть!
— У него есть девушка, — говорит Агнес, и меня удивляет ее настойчивое желание испортить Дри праздник. Если бы Пит Макмэннинг, старшеклассник, по которому Скарлетт страдала в девятом классе, заговорил с кем-то в ее присутствии, я бы плясала от радости вместе с ней, хотя никогда не понимала, что она в нем нашла. Лично меня тошнит от тонких усиков, пусть даже теперь это модно.
— Да хрен бы с ней, с этой Джем.
— Он встречается с Джем? — Я понимаю, что мне предстоит еще много удивительных открытий. Я вообще ничего не знаю об этой школе. Значит, Лиам и Джем. Гм… Да, можно было бы догадаться, что у Лиама есть девушка, но я никогда бы не подумала, что он будет встречаться с Джем. И не потому, что она красотка — у таких парней, как Лиам, всегда очень красивые подруги, — а потому, что она настоящая стерва. Я была о нем лучшего мнения.
— Да, я знаю. И это единственное, что мне в нем не нравится, — говорит Дри.
— Дри на нем помешалась. В прямом смысле слова. Даже пыталась учиться играть на гавайской гитаре, чтобы он ее заметил. Хештег: полный провал.
— Просто я переросла тви-поп. И фиг с ним. — Дри обнимает меня от избытка чувств. — Я тебя обожаю!
Я улыбаюсь. Делаю вид, что не вижу, как насупилась Агнес.
Кто-то/Никто: как прошел день, мисс Холмс?
Я: Неплохо. Как у тебя?
Кто-то/Никто: хорошо, делал домашку в виде списка пронумерованных фактов, все что угодно, лишь бы не сдохнуть от скуки.
Я: Думаешь, в колледже будет лучше?
Кто-то/Никто: надеюсь, с другой стороны, я только что прочел о парне, который лишился одного яичка из-за дедовщины в студенческом братстве.
Я: Правда? Какой ужас!
Кто-то/Никто: можешь представить себе человека, который так стремится понравиться окружающим, что готов пожертвовать одним яичком?
Я: Не могу. Не могу даже представить, что у меня оно есть.
Кто-то/Никто: знаю, что ты не любишь эмотиконы, но «я люблю свои яйца» был бы здесь очень к месту.
Я: Знаешь, что я люблю? «Нутеллу». И мягкую пижаму. И хорошую книжку. Не обязательно в этом порядке, но чтобы все вместе.
Кто-то/Никто: кстати, а ты ешь «Нутеллу» ложкой прямо из банки?
Я: Раньше так ела, да. Но теперь не могу, у нас общая кухня. Хотела купить себе баночку и подписать, но папа сказал, что это будет некрасиво. Невежливо.
Кто-то/Никто: общая кухня?
Я: С мачехой и сводным братом. А ты живешь с мамой и папой?
Кто-то/Никто: типа того, хотя мои мама с папой в последнее время не видят друг друга в упор.
Я: Почему?
Кто-то/Никто: все сложно.
Я: Мы когда-нибудь преодолеем этап «все сложно»?
Кто-то/Никто: вне всяких сомнений, мисс Холмс.
Глава 12
После уроков Дри проводила меня до машины. Сказала, что завидует мне и хотела бы оказаться на моем месте. Такого еще не бывало. Никто никогда не хотел оказаться на моем месте. Никто. Никогда. Мне было велено слать эсэмэски, если Лиам скажет что-нибудь интересное. Все что угодно на самом деле.
— Включая долгие нудные объяснения, как работает касса? — уточнила я без всякой издевки, уже садясь в машину, чтобы ехать на свою первую смену в «Зри в книгу!». Не знаю, насколько серьезно ее помешательство Лиамом, но как человек, сам переживший изрядную долю безумных влюбленностей, я понимаю ее потребность в информации. Собранные по крупицам подробности позволяют тебе притвориться, будто ты знаешь человека, по которому сохнешь, хотя понятно, что ты совершенно его не знаешь.