— Нет, ты не так поняла. Я не имела в виду…
— У вас все? — перебиваю я.
Да пошла она к черту. Высший балл в Вуд-Вэлли мне в любом случае не светит. О стипендии в колледже можно забыть. Зато как минимум одна тайна раскрыта: Джем может делать и говорить что угодно, потому что ее папа, по сути, содержит всю школьную администрацию. Налоговые махинации себя окупают.
— Я просто пытаюсь помочь, — говорит миссис Поллак. — Я не хочу сделать хуже…
Но я не слышу окончания фразы, потому что уже выбегаю из класса.
Глава 22
Я иду, склонив голову. Тридцать шагов до машины. Джесси, ты сможешь. Двадцать шагов. У меня дрожат руки, но я держу их в карманах, и никто не видит. Я шагаю к машине. Никто не смотрит, говорю я себе. Никто на тебя не смотрит. Кому ты нужна? Пятнадцать шагов. Почти дошла. Сейчас я сяду в машину, заведу двигатель и поеду. И буду ехать без остановки, пока на приборной панели не замигает огонек, сигнализирующий, что бензин на исходе. Я помчусь на восток, по автостраде в Чикаго. И успею приехать к Скарлетт как раз к тому времени, когда ее мама поставит на стол домашний кимчи-гиге.
— Привет. У тебя все нормально?
Я смотрю на его ботинки. Потом — на ремень футляра с гитарой у него на плече. Не хочу смотреть ему в лицо. Меньше всего я сейчас хочу видеть Лиама. Ну, разве что еще его стервозную подругу. Хотя с Джем будет проще. Если она сейчас попадется мне на глаза, точно прольется кровь. Я расцарапаю ей рожу ногтями. Сломаю ее идеальный носик — шедевр пластической хирургии стоимостью в шестизначное число. Раскрошу в порошок ее фарфоровые виниры.
— Оставь. Меня. В покое. Пожалуйста.
Слезы, они как моча. Можно сдерживать их очень долго, но в итоге они все равно прольются. Десять шагов до машины. Десять коротких шагов, а потом я уеду отсюда и смогу плакать, сколько угодно, и никто моих слез не увидит. Никто не узнает. Я уже представляю, как пересекаю границу штатов.
Представляю себе большой щит у дороги: «Вы покидаете Калифорнию».
— Эй, погоди. Что случилось? — Лиам хватает меня за плечо и не дает мне уйти. Я пытаюсь сбросить его руку, но он держит крепко. — Тебе нужна помощь? Позвать кого-нибудь?
— Нет. Знаешь, что мне по-настоящему нужно? Чтобы вы от меня отстали. Вы оба. И ты, и твоя распрекрасная девушка. — Меня трясет от ярости. Возможно, Лиам здесь ни при чем, но сейчас это неважно. До сегодняшнего дня нападки Джем и Кристе ль были неявными, идиотскими и, в общем-то, безобидными: мои джинсы, наклейки на моем ноутбуке. Но после того как я в течение двух минут поговорила с Лиамом на вечеринке, их издевательства перешли все границы. Прошу прощения, но та беседа была не настолько приятной, чтобы теперь за нее страдать. Она явно того не стоит.
Я пытаюсь представить, что бы я делала прямо сейчас, если бы мы остались в Чикаго и никуда не переехали. Иногда эти мысли помогают мне успокоиться. Наверное, сидела бы на собрании школьной редколлегии, подбирала бы шрифты и картинки для ежегодника. Вряд ли мне было бы весело. Но зато не было бы так погано.
— В каком смысле? — Лиам озадаченно хмурится. Может быть, он не такой уж и умный на самом деле. Дри говорила, что они с Джем встречаются уже полгода, что на пять месяцев и двадцать девять дней дольше, чем нужно, чтобы понять, что твоя девушка — редкостная стерва.
Лиам снимает с плеча гитару и ставит футляр на землю рядом с машиной. У него «Тесла». В самом деле? Ученики Вуд-Вэлли разъезжают на «Теслах»? Кто все эти люди?
— В прямом. Я тебя очень прошу, не подходи ко мне больше. Ты подошел со мной поговорить? Так ты мне не поможешь. Только сделаешь хуже, — говорю я.
— Не понимаю.
— Хочешь знать, почему я расстроена? Спроси у Джем, — говорю я и наконец-то преодолеваю эти последние пять шагов до машины.
— Погоди, — говорит он. — Ты сегодня работаешь? Ты придешь в магазин?
Конечно, я не уеду в Чикаго сегодня. Как бы мне ни хотелось сбежать отсюда прямо сейчас, сначала нужно накопить денег. Моих сбережений хватит только на то, чтобы один раз заправиться. Если выгрести из карманов всю мелочь.