— Не надо, Джи. Правда. Не надо так.
— Я не понимаю, за что ты меня ненавидишь. — Я лежу с закрытыми глазами. Так проще говорить о сложном. Слова срываются в темноту. Наверное, вчера вечером я выплакала все слезы, потому что сейчас, когда самое время заплакать, их нет. Есть только горькое и безысходное чувство потери.
— Я тебя не ненавижу. — Скар придвигается ближе ко мне и кладет руку мне на плечо. — Господи, ну и воняет от тебя!
Я смеюсь:
— Большое спасибо. Меня вчера вырвало.
— Да ладно!
— Скар…
— Я тебя не ненавижу. — Она медлит, подбирая слова. — Но это ты уехала. Не я. Ты уехала, а я осталась.
Я смотрю в окно поверх головы Скар и вижу, что деревья стоят почти голые, хотя зима еще не началась. Листья уже облетели, и ничто не защищает деревья от холода. Я зябко ежусь и подтягиваю одеяло к подбородку.
— Это несправедливо. Я не хотела уезжать. Ты сама знаешь.
— Ты ни разу даже не спросишь, как у меня дела. Ты не просто уехала. Ты… Ты меня бросила.
— Я просто думала, у тебя все по-старому. Со мной столько всего происходит, я хотела с тобой поделиться. Мы всегда с тобой делились переживаниями, — говорю я и чувствую, что моя нижняя губа начинает дрожать. Может быть, Скар права, а я — нет. Может быть, я сама во всем виновата. Со Скарлетт, с папой, с КН, в перспективе и с Дри. Может быть, даже с мамой. В каком-то вселенском смысле. Может быть, эгоисты вроде меня не заслуживают того, чтобы у них были мамы.
— Знаешь, как мне было трудно? Думаешь, мне хотелось подружиться с Диной? Когда ты уехала, у меня никого не осталось. Вообще никого, — говорит Скар. — А ты ни разу даже не спросишь… не знаю. Вообще ни о чем.
— Прости меня. Ты права. Я действительно думала только о себе.
— И мне стыдно, что я на тебя злюсь, потому что… ну… у тебя умерла мама, а потом тебе пришлось уехать и жить со злой мачехой и сводным братом. Кстати, они не такие уж плохие, если судить по твоим рассказам. Но мне тоже нужна моя близкая подруга. Всем тяжело, не только тебе одной. — Скар прижимает колени к груди, обхватывает их руками, и я вдруг понимаю, что она плачет. Плачет так горько, что вся сотрясается от рыданий.
Я обнимаю ее сзади и прижимаюсь животом к ее спине. Я не знаю, что происходит.
— Скар, не надо. Не плачь. Все будет хорошо. Поговори со мной, — прошу я, хотя понимаю, что она сейчас не в состоянии разговаривать. Слезы градом, сопли рекой. Я жду. Я могу подождать. А потом она успокоится, и я ее выслушаю.
— Адам меня бросит, — произносит она, когда я слезаю с кровати и приношу ей рулон туалетной бумаги, чтобы она вытерла лицо.
Пол шатается под ногами, но ради Скар я преодолею похмелье.
— Почему? В смысле, почему ты так думаешь? Мне показалось, он влюблен в тебя по уши, — говорю я, потому что так оно и есть. Вчера я наблюдала за ними, пока они не уединились в прачечной, и видела, как Адам на нее смотрел. Как проверял ее реакцию после каждой своей шутки. Он очень хотел ее рассмешить. Он прям весь расцветал, когда видел, что она смеется.
— Просто… Не знаю. Отчасти, наверное, из-за секса.
— Из-за секса?
Неужели она не помнит, что еще не рассказывала мне о том, что у них с Адамом что-то было? Неужели мы так отдалились, а я даже и не заметила?
— Ты же знаешь, у нас еще ничего не было. Дина уже успела попробовать. В прошлом году жутко перепугалась, что забеременела. А я… я еще не готова. Мне страшно. Я не знаю, что делать.
— В первый раз никто не знает, что делать. Это нормально.
— И я так… — Она умолкает, хватает одеяло и укрывается с головой.
Я не узнаю свою Скарлетт. Та Скарлетт, которую я знала, вообще ничего не боялась. Я всегда восхищалась ее бесстрашием. И даже немного завидовала. Потому что я так не умею.
Я стягиваю с нее одеяло и заставляю ее посмотреть мне в глаза.
— Расскажи, что случилось.
— Я влюбилась без памяти. Сама не знаю, что со мной творится. Он мне даже не нравился, я и не думала, что он может мне понравиться, а потом… Не знаю, что мне с собой делать. Постоянно думаю о нем.
Я знаю, о чем она говорит. Точно так же я думаю об Итане — надломленном, замкнутом, недосягаемом Итане. Все время только о нем, даже когда не хочу о нем думать. Даже когда занята совершенно другими делами, не имеющими к нему ни малейшего отношения. Например, пью в компании приставучего Джо и пытаюсь представить, как бы Итан вписался в подобное окружение. Он никогда не приедет в Чикаго. Никогда не увидит подвал в доме Скар. Но он все равно был со мной. В этом подвале, в моем воображении.