- Ты можешь не сомневаться, - я сжал прутья, пощупал их и даже подёргал слегка, проверяя на прочность. - Я тебя здесь не оставлю. Эта решётка - не преграда для анирана... И я могу освободить тебя прямо сейчас.
- Нет! - в её голосе пробудилась знакомая властность. А затем она крепко сжала мою ладонь. - Нельзя! Не сейчас. Я едва ноги переставляю...
- Я тебя понесу.
- И куда ты меня понесёшь?
- Ну, в Винлимар. Обратно в Винлимар на лошадях. Мы уже планируем кое-что...
- Нет, погоди, аниран. Сбежим мы этой ночью, на утро меня хватятся обязательно. Других бы не хватились, возможно, но меня сия участь не минёт. И что дальше? Сколько лиг до Винлимара? Не перекроют ли дороги? Не выставят ли посты? Не придёт ли наместнику почтовый сирей?
- Придёт, очевидно, - прокряхтел я. Я уже и забыл, что эта женщина, как тот самый говорун - обладает умом и сообразительностью. Видимо, от отца не только непривлекательную внешность унаследовала, но и ум. Как и он, она зрит далеко. - И нас, скорее всего, даже в город не пропустят. Хотя в винлимарской клоаке мы бы легко могли затеряться. Золото есть.
- Ты упускаешь главное: ты здесь не за мной. И не меня обязан освободить.
- И это верно, - вынужден был согласиться я.
- Вас четверо, ты сказал? И нас двое. Двое истощённых, измождённых узника. Такую ораву в Винлимаре сразу отыщут. Церкви нас там выдаст каждый. И никакое золото не защитит.
- И что ты предлагаешь? Мне эта территория незнакома. Только беглым взглядом карты изучил. Чтобы исследовать её всю, чтобы найти грамотный путь отхода, придётся потратить слишком много времени. А на нас тут уже подозрительно косятся. Слишком пышим здоровьем, слишком многим интересуемся, слишком разбрасываемся деньгами. Того, гляди, решаться пощупать кошельки. И не только паломники, но и храмовники.
Мириам задумалась. Уверен, покинуть эти "гостеприимные" места ей очень хотелось. Вот только не хотелось возвращаться обратно, если план побега окажется плохо проработан и потерпит фиаско.
- Надо уходить на север, - решительно произнесла она. - Я тоже помню карты. И пока совсем не пала духом, тоже искала пути отступления. Но единственный более-менее возможный путь - это на север. По Восточному Мосту через реку Халират в леса, где укрываются отступники.
- Отступники?
- Это те, кому удалось бежать. Те же паломники, только не сломавшиеся. Не павшие духом и не поверившие в божественное исцеление через каторжный труд. Иногда кому-то удаётся сбежать. Но чаще нет, - она кивнула головой в сторону трёх виселиц. - Такое происходит почти каждый рассвет. И чем теплее становится воздух, тем чаще совершаются побеги. Поэтому Восточный мост тоже охраняется. Но вариант побега на север лучше, чем побег в Винлимар, потому что дальше моста за нами вряд ли пойдут. В те леса храмовники не суются, как я слышала по разговорам. Их там ни раз встречали стрелами из крон. Даже святые отцы предпочитают не нагнетать и не подбадривать паломников. Могли бы их погнать, конечно, но тогда шахты рискуют потерять слишком много рабочих рук.
- Вольные стрелки, блин, - пробурчал я. Но сам себе пообещал как-то выяснить, что действительно происходит севернее равнины. Что за мост такой, что за лес за ним и что за "отступники" такие.
- Там, севернее, если и не враги церкви, то точно не друзья. А в Винлимаре... В общем, аниран, нет дороги обратно. Дальше на восток к берегам Бескрайнего океана, или на север под защиту спасительных крон.
- А что там за лесом?
- Если я правильно помню, после появления карающего огня в тех местах оставалась лишь одна деревня - деревня Ритран. Её основали у истока реки Левый Рукав в давние времена. И она ещё стояла многие зимы спустя. Но самое главное - река проходит вдоль Равенфира. Если нам удастся пересечь лес и удастся добраться до деревни, тогда ты сможешь щедро вознаградить чернь тем золотом, которого у тебя так много, как ты рассказываешь. Ты наймёшь судно, чтобы доставило нас в Равенфир. Под защиту моего старого друга - принца Тревина.
- Вариант интересный, - согласился я. Добраться в Равенфир, минуя Винлимар и Плавин, где правят наместники, было бы очень неплохо. Там, по крайней мере, врагов у анирана куда меньше. - Ну а сколько времени нам придётся провести в пути, приблизительно?
- Вверх по течению под парусом или на вёслах где-то с декаду...
- Нет, не по реке. До этой деревни... как там её? Через лес и всё такое.
Мириам замолчала. Но не потому, что считала километры. А потому, что осознала, что всё совсем непросто.
- Не знаю, - он помрачнела. - Открыто двигаться по тракту на лошадях будет сложно. Наездники привлекут внимание даже ленивых храмовников... А идти пешком... Не знаю. До моста на лошади можно добраться от рассвета до рассвета. А пешком...
- Ладно, мы постараемся выяснить, - я быстро сообразил, что от неё в этом вопросе пользы мало. Хватит того, что она подала интересную идею валить в Равенфир, а не обратно в переполненную счастливыми паломниками клоаку. Здесь мне поможет Феилин. Его неброская внешность и умение быть незаметным помогут. Он всё разузнает. - Но это потребует времени, Мириам. Ты справишься? Выдержишь? Это не тебя собираются повесить в ближайший рассвет?
- Я раньше умру от старости, чем от петли, - тихо засмеялась она. - Пусть даже в этой клетке.
Я скептически осмотрел тощую тушку почти в кромешной темноте. Но Мириам заметила мой взгляд и улыбнулась.
- Им не сломать меня, аниран. Особенно теперь, когда пришёл ты и всё рассказал. Теперь им не сломать меня никогда.
Я уважительно закивал головой: а ведь Мириам ни капельки не изменилась. Не внешне, конечно. Внутренне. Та же решительная и крепкая духом дама. Баба-таран, практически.
- Нисколько не сомневаюсь, что тебя сломать никому не под силу, железная ты леди, - улыбнулся я. - Я понял тебя и услышал. Теперь услышь меня: сиди тихо и не лезь на рожон. Утром я пришлю Иберика - сына Каталама. Ты должна помнить его. Лысый такой. Он принесёт еды и займётся тем, что будет за тобой присматривать. А ты отъедайся и никому не дерзи. Не заставляй Иберика резать понапрасну храмовников. Пока ты будешь наедать пузо, - Мириам фыркнула, но я заметил, что она радостно улыбнулась между делом. - Феилин - наш четвёртый компаньон - изучит дорогу на север. А мы с Сималионом разберёмся, как выкрасть сына короля. И с ним, мне кажется, будет не так просто, как с тобой. Так что сиди в клетке, как готовая покаяться вероотступница, а не как та бунтарка, кто ты есть на самом деле.
- А ты, оказывается, успел меня хорошо узнать, - Мириам вновь тихо рассмеялась.
- Потому и хочу спасти. Этот мир испытывает недостаток в ясных умах. Ты - один из них. И я не позволю кому-либо лишить это мир... короткостриженого ясного ума.
Я пытался пошутить, но к моим словам она отнеслась абсолютно серьёзно. При свете нескольких лун я отчётливо различил очередные быстрые слёзы.
Мириам просунула руку сквозь прутья, нащупала мою ладонь и сжала:
- Спасибо. Спасибо, что хочешь меня спасти. Ты - лучший мужчина, которого я когда-либо встречала.
Прозвучало довольно-таки откровенно. Я даже смутился немного. Было что-то в её тоне, что отличало от других слов, ею произнесённых. И глаза смотрели по-другому.
- Я отвезу тебя в Обертон, - я крепко сжал её руку в ответ. - Жди... И больше не падай в обморок, как когда-то.
- Хорошо, не буду, - она улыбнулась. А когда я бегло осмотрелся и уже хотел удалиться, вновь крепко вцепилась в мою руку. - Подожди... Скажи... - Мириам протиснула лицо между прутьями и уставилась на меня своими магнетическими глазами. - А твоя женщина... Она какая?
- Какая?
- Она... красивая? Ты подарил ей то, что уже столько зим ни один мужчина не может подарить ни одной женщине. Она... счастливая?
- Счастливая? - я сначала не понял всей глубины вопроса. Но, ещё раз посмотрев на ожидавшее ответа лицо, обо всём догадался. - Да, счастливая, - подтвердил я. - Да, красивая... И да, она - моя женщина.
Хватка ослабла. Мириам стушевалась и принялась мельтешить, будто искала место, где можно спрятаться в открытой клетке два на два метра.
Я отпустил её руку и не стал ничего добавлять. Все слова были сказаны. Дальше дело за поступками.
Часть 5. Глава 18. Проработка плана.
Ночью мы с друзьями вновь собрались в местном хлеву. Несмотря на то, что мы шастали ночью по лагерю и попались на глаза чересчур любопытным храмовникам, откупились довольно легко - даже золото не пришлось задействовать, хватило серебра. А затем мы грызли те самые сухари из запасов, ели остывшую кашу и прорабатывали план действий.