Сергеев лежал среди деревянных досок. Пулемет валялся в стороне, под лапой мутанта. Хрясь, и больше нет оружия. Солдат вытащил из кобуры пистолет. Щелчок предохранителя. Красная, вытянутая морда смотрела на него двумя маленькими глазами. Выстрел, ещё один. Попал в один глаз. Мутант издал рык. Сергеев хаотично нажимал на курок. Броненосец лишь зверел от причиняемой боли.
Мутант встал на задние лапы, он готовился раздавить мелкую букашку. Секунда, щелчок и пистолет не выстрелил.
«Все». - подумал Сергеев и откинул пистолет в сторону.
***
Шум лежал на асфальте. Из носа шла кровь. Он оглянулся. В нескольких метрах от него стоял броненосец, а под ним лежал охранник. Прозвучали выстрелы. Огромная, исполинская туша поднялась на дыбы. Бах! Грохнуло так, словно несколько тонн свалились на землю. Земля затряслась, поднялась пыль.
Шум встал, зажимая одной рукой нос. Он побежал, то падая, то поднимаясь. Главное - забежать в любое здание. Мутантов гонит ужас. Была надежда, что броненосец не попрется за ним, ломая все на пути.
***
Клык открыл глаза. Дышать было трудно, сквозь дым ничего не было видно. Он ощутил чью-то руку, лежащую рядом. Дида!
Больница горела. Сталкер встал с кровати. Проверил пульс у девушки. Есть! Клык зашарил по поясу. За спиной должен быть подарок Егеря, но его не было. Чёрт! Он поднял матрац с кровати. Клыка змеи нет!
С потолка свалилась горящая штукатурка. Сталкер поднял девушку на руки. Рану дернуло болью. Шаг, ещё шаг. Вторая палата. Тут дело обстояло хуже. Две деревянные балки не выдержали пожара и обрушились. Под одной из них лежало тело.
Клык вышел на улицу. Приступ кашля схватил его лёгкие. Он опустил девушку. Требовалось сделать искусственное дыхание. Раз, два - вдох. Раз, два - выдох.
- Бл..ть! - проговорил Клык. Пульс есть, сознания нету. Он не готов был терять свою любовь, поэтому боролся до конца. Слишком многое пережито вместе с ней. Слишком много испытано. Он расстегнул пуговицы на груди и скрестил руки.
Раз, два - нажатие на грудную клетку.
Раз - вдох. Два - выдох.
Ещё одна попытка. Вторая, третья. Любовь? Нет. В Зоне это особое чувство, не поддающееся описанию.
Раз, два - нажатие. Раз - вдох, два - выдох.
Дида очнулась. Вздохнула и закашлялась. Клык осторожно перевернул её на бок.
- Привет. - сказал он. - Счёт: два - один в мою пользу.
Сталкер улыбнулся. И тут же получил слабый удар в колено. Дождавшись, пока девушка придёт в себя, он обнял её.
- Дурак! Никогда, слышишь, никогда не говори с человеком, которому плохо!
- Да я понял уже. Можно уже без ударов обойтись.
Дида улыбнулась. Поистине, искренняя улыбка девушки, стоит много.
- Я сейчас. - сказал Клык и поднявшись, вбежал в горевшее здание. Дида что-то вскрикнула.
Предметам придают особое значение. Говорят, в Зоне каждая убитая душа вселяется в оружие, лившее жизни человека. И чем больше убитых - тем оно лучше стреляет, бьёт и колит. Клык шёл искать свой талисман. Последний подарок Егеря.
Больница горела. Клык уткнулся в локоть и прерывисто задышал. Бум! Кусок сгоревших обоев упал на пол. Сталкер вошел в палату. Увидев рюкзак, он схватил его. Открыл. Чьи-то вещи, бинты, вода и патроны. Значит понадобится. Клык одел рюкзак и зажал рот. Больше в палате ничего не было. Другая комната. Старый шкаф, доверху набитый пробирками и капельницами рухнул посреди комнаты. Клык медленно, осторожно прощупывая поступь вокруг себя, прошел к двум обвалившимся балкам. Человек лежал с пробитой насквозь головой. Это был док. Ему уже ничем не поможешь. Стол, не выдержав веса балки рухнул. Пыль, сгоревшие доски превратились в золу. Сталкер увидел клык. Он лежал среди трухи, под одной из деревяшек. Осторожно просунув ладонь в тлеющие остатки стола, он поддел талисман. И рванул его на себя.
- Сука! - прошипел Клык. Реальный пожар, это не спичку голыми руками тушить. Кисть покраснела и опухла. Засунув кость за пояс, сталкер повернулся. До двери - максимум метр. Скрипнула половица. Шаг, ещё шаг. Порог. Затем наступила спасительная свобода. Что нужно для счастья? Девушка, причем любящая - раз, возвращенная вещь - два и ожог - три. Клык, несмотря на все то, что с ним случилось в последние дни, просто упал на асфальт и заулыбался.
***
- Вниз все, вниз! - кричал сын бармена. Девушки, танцевавшие стриптиз, даже не успели нормально одеться, когда прозвучала сирена. Слезы и хныканье раздражали сталкеров, охраняющих вход в убежище.