***
- Саша, лей ещё говорю! Он в сознание не приходит! - крикнул Святослав, передавая уже мокрый от нашатыря слой ваты.
- Да говорю все нормально будет! - выливая остатки из маленького флакона на новую вату, ответил Саша. Народ, уже оживлённо подтягивался, но никто не решался подойти и помочь двум мальчикам, лишь возмущённые возгласы бабушек на тему «Куда правительство смотрит» немного разряжало обстановку.
Андрей очнулся, и опять не поверил своим глазам. Умерев два раза во сне, ему больше ничего не казалось странным... Он протерев глаза почерневшими от сажи кулаками, оттолкнул в сторону мальчишку, державшего флакон с нашатырным спиртом, и взяв обгорелую куртку, побрёл, шатаясь из стороны в сторону. Раздвигая собравшихся жителей района, человек шёл вперёд, держась руками за голову. Где - то вдали завыла сирена пожарной машины, но спасать больше ничего не требовалось - вместо квартиры, был прямоугольный уголёк несбывшихся надежд и разрушенной радости... Люди с презрением смотрели в след уходящему Андрею и только два мальчика, с сожалением глядели в спину погорельцу. Значит ещё не так все плохо с нынешним поколением, как пишет желтая пресса.
Андрей бездумно брёл по вечерним улицам того города, где с каждым днём приходилось понимать, что жизнь далеко не великолепное создание. Она очередной раз доказала что люди - это всего лишь её слуги, которыми как хочет, так и распоряжается. Удумает себе - кинет фигурку в озеро, или огонь, и смотрит как она медленно тонет, или начинает плавится, а потом удивляется почему её игрушки «сестра»-смерть отбирает. Люди, в сегодняшнее время, даже не задумываются о своей жизни, прожигают её сидя в офисах и питаясь вредными продуктами; кто-то бегает, суетится, а потом ложится в больницу с истощенным от перегрузок сердцем... Значит, судьба у них такая, все равно из жизни живым не выйдешь...
Бывший сталкер пришёл к маленькому озеру, скорее всего искусственно созданному, потрогал свою обгоревшую куртку, и с лёгким облегчением вздохнул. Записывающее устройство, вместе с письмом и оставшимися деньгами лежало в том же потайном кармане.
Теперь остался один выход - исчезнуть, и пока Андрей не придумает как это сделать, погоня за ним продолжится, до того момента как его не уничтожат, или не сотрут в труху, как это сделали с квартирой. И единственное верное решение этому - возвращаться туда, откуда ушёл, надеясь что больше никогда этого не повторится. Но как известно, надежда умирает последней, а опыта много не бывает, тем более в Зоне - берёт, правда дорого, но объясняет доходчиво.
Андрей, пересчитав купюры, сунул их в карман, и двинулся к вокзалу, чья кровля была заметна издалека. Он собирался проникнуть тем же путём, что уходил: поезд доставит его до Москвы, а оттуда придётся следовать на попутках до расширившейся Питерской Зоны. Бывало, водителя местные, если им дать на пузырь и хорошо поговорить, доставляли начинающих сталкеров прямо до границы, после чего желали удачи, и кочующим образом возвращались на свою стоянку. Но не редко люди сталкивались с ворами и жуликами, и встречи такие, как правило, для жертвы не обращаются ничем хорошим. Поэтому, у Андрея имелись довольно хорошие знакомые, в которых он не сомневался - если остановились у обочины, значит с машиной случилось что-то, и никаких ограблений не будет.
Бывший сталкер вошел в большое здание вокзала. Кругом были навешаны камеры слежения, повсюду висели информационные табло, передающих расписание электропоездов, стояли терминалы... Народа было не так много: видимо никто не решался выезжать из города, видимо боялись что Зона ещё увеличится в размерах и перевалит за десятки, а то и сотни квадратных километров... Андрей подошёл к свободному окну и аккуратно постучал по стеклу. Через некоторое время оттуда показалось недовольное лицо кассирши.