А ведь это множество пятиранговых баз знаний в совокупности тянет всего на пару шестиранговых баз класса учёный и инженер. Сложно представить, какие возможности дают базы знаний седьмого ранга, если они по объёму равны десятку баз шестого ранга.
— Не зависай, — вывела меня из созерцательного состояния Ольга. — Может, тебе дать лимончик, а то лицо слишком довольное?
— У нас есть лимоны?
— У нас есть всё: лимоны, апельсины, мандарины, — перечислила девушка. — Твои архаровцы на радостях обладания флаером, под руководством «любимой» жены вождя, слетали в Китай, точнее, в Шан. Оттуда привезли полный флаер фруктов, чая, риса, капусты и сои.
— Сои?
— Ага. Киммерийцы говорят, что им понравились блюда из неё, к тому же торговцы нахваливали. А ещё привезли кучу живых гусей и уток, так что у нас тут теперь птичий двор. Яйца свежие появились. Хочешь яичницы?
— Хочу.
— Отлично! Значит, уже приходишь в себя, — улыбнулась Ольга.
— А ты можешь изменить геном, чтобы увеличить урожайность? — вдруг пришла мне в голову странная мысль.
— А, нет, ещё не отошёл, — усмехнулась Ольга. — Шучу. Пока ты отдыхал, я успела выучить ещё три базы знаний пятого ранга: микробиология, физиология человека и нейрофизиология. Недавно поставила на изучение психофизиологию. Довольно интересные и обширные знания, узнала много нового, но до генетики не дошла. Я её вообще поставила на последнее место, поскольку сейчас важнее научиться лечить людей. А вообще, если в целом, то месяцев через пять при наличии лаборатории я смогу сделать то, о чём ты спрашивал.
— А без лаборатории?
— А ты из пальца стрелять умеешь? — с сарказмом спросила Ольга.
— Не пробовал, — улыбнулся я.
— Итак, у меня вопрос, — собралась и стала серьёзной девушка, — теперь ты сумеешь починить свою шайтан-машину?
— На сто процентов точно не отвечу, но шансы на починку большие. По крайней мере, я теперь представляю, как работает портальная пушка и что там могло поломаться. Вероятно, вышла из строя электроника нашего мира и аккумулятор. Если это так, что останется лишь приделать батарею от какого-нибудь дрона, установить чип-приёмник сигналов нейросети, написать программу и драйвера. После этого можно будет управлять устройством прямо через нейросеть. Но это пока не точно, лишь предварительные выводы. Надо смотреть, разбирать прибор. Лучше расскажи, что тут у вас происходило?
— Что-что… — тяжело вздохнула Ольга. — Оставил меня одну с дикарями, кайфовал себе, отсыпался… Твои солдатики разошлись не на шутку, ограбили кучу деревень, пригнали почти сотню крестьян, забили всё продовольствием и каждый день устраивают пир.
— Все?
— Не все, парни воюют, — покачала головой собеседница. — Набрали армию, побороли какого-то царька, захватили его территорию, обложили всех кого могли данью, и радуются, словно дети. Уже три четверти ластора выкатали на нашем флаере. Теу раз в неделю летает за добычей, набивает полный флаер. Я даже не представляю, куда всё девать. Шерсти целый вагон. Недавно я вспомнила о прялке, сделала нечто похожее, теперь все крестьянки плетут нитки, вяжут шапки и свитера. Показала местным, как из дизельного топлива сделать керосинки. Вначале все радовались, что ночью можно осветить дом, пока не спалили к чертям собачьим один из бараков.
— Спалили? Где же теперь все живут?
— Надстроили над твоими каменными монументами по паре этажей, отстроили заново барак, там и живут, — продолжила Ольга. — Новенькие крестьяне постоянно болеют. Я им уже подобие таблеток на коленке соорудила из запасов лекарственных трав, тёплую одежду выдала, всё равно болеют. Уже пятерых похоронили, а тут ещё с ними толпа детей. Блин, проблем целый вагон.
— Погоди, как умерли? Ты не могла меня выгнать из капсулы и их вылечить?
— Могла, но они были идиотами! Сами виноваты. Подхватили какой-то вирус, но не показывали вида, в таком состоянии вышли работать. В итоге в один день все померли. Я сразу же взяла портативную аптечку спасателей и не пожалела картриджей, провела с каждым, у кого нет нейросети, профилактику.
— А от нас местные не могли заразиться?