В результате последней покупки на моём счету осталось всего восемьсот семьдесят одна тысяча кредо, отчего становилось грустно.
Пока было свободное время, я приступил к созданию и печати в мастерской спасательного бота новой ПВПВ большей мощности и размера. К прилёту фрегата устройство было готово, но на него ушли почти все запасы материалов. Новая портальная пушка выглядела аналогично таковой, установленной на носу бота, но размером в два раза больше.
Дождавшись прибытия фрегата и пока загрузятся купленные товары, я перегнал бот в ангар большого космического судна. Но это для меня фрегат большой, на самом деле он на фоне транспортных корветов длиной по восемьсот метров, которые были припаркованы у соседних доков, казался миниатюрным. Один такой корвет способен перевезти сто двадцать восемь тысяч малых контейнеров или шестнадцать тысяч больших контейнеров. Но их скорость в два раза ниже, чем у моего фрегата. Таким образом достигается максимальная экономическая выгода и соблюдается принцип: «тише едешь — дальше будешь». Во-первых, путешествие в начальных слоях второго яруса гиперпространства менее опасно, энергии на щиты уходит минимум, следовательно, серьёзная экономия топлива и гарантия того, что груз долетит до места. А преодолеть за девять суток пять световых лет — не такая уж и медленная скорость.
Торговые крейсера считаются метеорами по сравнению с транспортными линкорами, размерами по семь-десять километров. Но и это не предел. Например, транспортный линкор «Карго-Грузовоз» в длину пятнадцать километров, а летает и вовсе в первом ярусе на нижнем десятом слое гиперпространства. То есть он может везти до хрена груза, но пять световых лет будет преодолевать за месяц. Обычно такие транспортники раз в квартал, полгода или год гоняют за рудой в дальнюю систему или за продовольствием к сельскохозяйственной планете. Он доставляет груз в центральные миры на орбитальные станции, откуда товары уже распространяются с помощью небольших, но более шустрых транспортных кораблей.
Пока шла погрузка, я закреплял на носу фрегата ПВПВ, прокладывал кабель. Благо, тут имелась возможность завести его прямо в трюм. Размещать прибор пришлось на высоте шестнадцати метров, для чего я использовал летающую транспортную платформу, которыми обычно пользуются техники для обслуживания космических кораблей с внешней стороны. Естественно, пришлось работать в космосе, облачившись в скафандр, поскольку такой транспорт в бокс не загонишь, но не потому что он большой, на станции есть боксы для фрегатов, а потому что дорого. За пару часов монтажных работ я натерпелся страха на годы вперёд.
Закончив монтаж ПВПВ, я развалился в кресле пилота, получил разрешение на старт и коридор для разгона перед выходом в гиперпространство. Корабль быстро набирал скорость, гипердвигатель заработал… Резкий рывок и дрожь корпуса оповестили о том, что фрегат провалился на второй ярус гиперпространства.
Вместо того, чтобы лететь положенные восемьдесят два часа до ближайшей системы Проксима Центавра, я через тридцать два часа активировал аварийный выход из гиперпространства. Корабль вылетел неподалёку за внешней областью облака Оорта, тут мой переход через портал не засекут террианские сканеры. Вообще, прилёт через портал в Содружество можно замаскировать под выход из гиперпространства, а вот отлёт так замаскировать не выйдет. Вот и пришлось мне потратить полтора дня на отлёт подальше.
ПВПВ заработала по команде с нейросети, и уже через пару секунд я преодолел портал и оказался в диком мире. Развернув корабль к Земле, проложил маршрут и запустил гипердвигатель. Мне предстояло лететь ещё полтора дня. На место как раз прибуду ко времени, когда надо будет встретить Ольгу.
Глава 43
К тому моменту, как я пригнал фрегат к дальней орбите Земли, до полудня оставалось три часа. На планету решил лететь на боте, прихватив с собой лишь мелочёвку: нейросети, импланты, базы знаний. Остальное всё находится в контейнерах, расположенных в грузовом трюме.