На улице напротив выхода из ангара метрах в ста стояла полуразрушенная бетонная коробка бывшего КПП. Забора уже не было и в помине, весь бетонный плац был засыпан снегом, местами торчали стволы деревьев и были видны кучки строительного мусора.
На этот раз я не прихватил с собой ни денег, ни техники родного мира. Первого у меня не было, а за ноутбуком лень было заезжать. Зато на боте имелся запас в виде нескольких слитков золота. Но торговать золотыми слитками больше двенадцати килограммов, будучи объявленным как минимум в федеральный розыск, а то и в международный… Да — это мой вариант.
Слиток золота вставил в приёмное устройство 3D принтера и распечатал пару солидных цепочек, которые положил в карман.
Неспешно шагая по засыпанной снегом не наезженной дороге, я выбрался к асфальтовому шоссе. Стоял, голосовал, но все машины проезжали мимо. Где-то минут через двадцать остановился старый ВАЗ 2106, бежевый кузов был изъеден ржавчиной. За рулём в дутом чёрном пуховике сидел пожилой худой мужчина с жидкими седыми волосами, он из-под овальных очков подслеповато щурил на меня карие глаза, отчего лицо сильнее прорезали морщины. Протянув руку, старик открыл переднюю пассажирскую дверь и бодрым голосом спросил:
— Подвезти?
— Неплохо бы.
— Я в Тулу еду, — сказал водитель.
— Сойдёт.
Чтобы не выпускать тепло, которого в машине и так было немного, я поскорее забрался в салон.
— А ты легко одет, — заметил старик, выруливая с обочины на дорогу. — Сломался что ли?
— Ага. Не ожидал такой подставы. Думал, раз на машине, можно без куртки обойтись.
— Иномарка, что ли?
— Калина, — не задумываясь, соврал я.
— А где машину оставил? — спросил дед. — Может, на трос возьмём? Я тебя до сервиса довезу.
— Спасибо, не хочу никого обременять. Домой заеду, денег возьму, куплю запчасти и вернусь. А то, как назло кошелёк забыл. Расслабился…
— Бывает, — философски протянул старик. — Я вот тоже года два назад на трассе сломался. Три часа стоял, ни одна сволочь не остановилась. А потом парень на десятке остановился, помог мне починиться, а в это время ему жена постоянно мозги пилила: «Вот, ты чего остановился, мы бы уже в деревню доехали». Мне стыдно стало, а парень, конечно, красавец, сказал супруге: «А если мы сломаемся и будем так же стоять, что ты скажешь, если все мимо проедут?». В итоге баба заткнулась.
— Спасибо вам большое! Выручили.
— Да что там, — водитель приподнял правую ладонь от руля и обозначил взмах, — люди должны друг другу помогать, иначе превратимся в нелюдей. Был у меня случай, так же ехал, а на обочине стояла девятка с поднятым капотом. Остановился, а там за рулём девушка. Говорит, купила машину, движок стуканул. Она с разборки купила двигатель, его в сервисе поменяли. Проехала на «новом» двигателе пятьдесят километров, а он взял, и тоже стуканул. А что делать? Я на тросе её до дома дотянул, всё боялся, что она на буксире ездить не умеет и в задницу мне приедет, но обошлось.
Мы въехали в город. На дорогах лежала коричневая снежно-песчаная каша.
— Мне дальше во дворы сворачивать, — виноватым тоном произнёс старик.
— Спасибо. Огромное вам спасибо. Высадите меня где-нибудь.
— Пожалуйста, — остановил машину у обочины дедок. — Давай, чинись.
— Обязательно.
Воздух тут ужасный, я и забыл, насколько поганым он может быть. В диком мире он свежий, максимум, что его может испортить — запах навоза и немытых тел. Тут стоял удушливый запах выхлопных газов. Старенькая шестёрка обдала меня облаком дыма из выхлопной трубы и поехала дальше.
И куда дальше идти? Впереди широкий перекрёсток, трамвайные пути и старенькие многоэтажки в четыре-пять этажей. Я в Туле был один раз проездом, только про заброшенную военную часть знаю и о том, что тут есть пряники, самовары и невесты… Или последнее в Иваново?
Машин на перекрёстке было много. Табличка на ближайшем доме услужливо сообщала о том, что это «проспект Ленина». Раз Ленина, значит центр города или недалеко от него — это аксиома для всех бывших советских городов.