– Что именно произошло? – нетерпеливо спросила донья Матильда.
Дон Иполито поднял потухшие глаза и обвел взглядом собравшихся. Пожал плечами и с глубокой тоской в голосе медленно и хрипло, словно из последних сил, ответил:
– Рассказывать особо нечего. Я пришел на работу, как всегда, вовремя. А вскорости в типографию прислали вестового с приказом остановить станки и отправляться домой. Судя по всему, правительство арестовало все газеты. По крайней мере, так нам сказали. В дверях я столкнулся еще с одним вестовым с пистолетом на ремне. Вместе со мной типографию покинули все остальные работники, руководство, редакторы – все.
Артуро беспокойно взглянул на Тересу, пытаясь понять, о чем она думает. Встретившись с ней глазами, он легко улыбнулся.
– Тебе лучше пойти домой, а я попробую отыскать Марио.
– Да, мне лучше вернуться. Я ушла, когда мать, не выдержав усталости, наконец заснула. Она вся на нервах. Боюсь вообразить, что будет, если она увидит, что и меня нет дома.
– Я провожу тебя до трамвая.
Попрощавшись с остальными, они вышли из пансиона.
Улица кишела людьми, и все же этот понедельник не был похож на другие. Люди шли по своим делам быстро, взвинченно, думая только о том, что происходит в непосредственной близости от кажущейся нормальности, хотя пушечная канонада и выстрелы затихли уже довольно давно.
– Ты веришь Мануэле?
– Кандида верит каждому ее слову, она у нее вместо личного оракула, предсказывающего будущее. Донья Матильда тоже призналась мне, что, насколько ей известно, все предсказания девочки сбываются.
– Как она это делает?
– Ей достаточно посмотреть тебе в глаза, чтобы понять, что с тобой происходит и что случится дальше.
– Я в это не верю.
– Она сказала тебе, что он жив. Нет ничего плохого в том, чтобы поддерживать надежду.
– Да, но при этом добавила, что ему плохо… Что бы это значило, как думаешь?
Прежде чем Артуро успел что-то ответить, над ними пролетел самолет. Прохожие на мгновение задрали головы к небу, затем продолжили свой путь. В этот самый момент перед Артуро и Тересой оказались двое подростков неполных пятнадцати лет, у одного из них в руках был пистолет. Они спорили между собой, кто должен нести оружие.
– Ребята! – окликнул их Артуро. – Вы разве не знаете, что это опасная игрушка?
Парни прервали разговор и с вызовом посмотрели на Артуро и Тересу.
– Это мой пистолет, и я знаю, как им пользоваться, – ответил тот, что нес оружие в руке.
– Где вы его взяли?
– В казармах Монтанья.
– Штурм кончился?
– Да, теперь там полно дохлых фашистов. А остальные сдались, как крысы.
Мальчишки дерзко расхохотались. Казалось, насилие и запах пороха опьянили их, заставив позабыть о жестокости происходившего.
Артуро и Тереса озабоченно переглянулись. Подростки пошли своей дорогой и снова заспорили, кто понесет пистолет. Тут Артуро заметил группу радостных ополченцев.
– Товарищи, – крикнул Артуро, не обращая внимания на предупреждающий жест Тересы, – вон у тех ребят пистолет, это может быть опасно.
Один из ополченцев повернулся к остальным и, указав на двух бойцов, скомандовал:
– Кануто, Форха, догнать и изъять.
Затем повернулся обратно к Артуро и Тересе и сказал:
– Спасибо, товарищ! Это оружие пригодится нам для борьбы. После того как мы покончили с фашистскими свиньями в казармах Монтанья, там была небольшая неразбериха, но теперь все под контролем.
Тереса почувствовала себя уязвленной. Она не понимала, зачем говорить так о военных, почему нужно их оскорблять, но еще больше ее задели слова Артуро, который в знак поддержки положил ополченцу руку на плечо.
– Отлично, товарищ! Надеюсь, что скоро все это закончится и мы вернемся к нормальной жизни.
– Мы боремся, товарищ, но у мятежников больше оружия, да и большинство офицеров оказалось на их стороне. Революции нужна любая помощь. Ты, наверное, уже записался в ополчение? Нам нужны сильные и смелые люди, чтобы покончить с мятежом.