Тем временем стало совершенно темно. Воздух вокруг стал тяжелым и влажным. Тысячи запахов леса врывались в ноздри путников и лошадей. Необычные запахи приносили легкую тревогу, удивление и воспоминания. Гарри и его спутники улеглись на сено на дне телеги. Тоон шепотом переговаривался о чем-то с Закрибом, но слов почти не было слышно. Рядом была Нэнси, они лежала с открытыми глазами и смотрела на звездное небо.
— Странно, — сказала она, — там, в том, прошлом мире, я иногда надолго уезжала из родного дома. И в тех дальних или даже коротких поездках я часто вспоминала о своем доме, и что-то грустное наваливалось на меня, и так хотелось вернуться к родному очагу, к своим местам и к своим близким. А здесь, в этом мире, у меня как будто и нет дома, а с другой стороны, такое чувство, что весь этот мир мой дом. И тут нет грусти, что была раньше. Сожаления о тех знакомых местах, где мы жили. Странные тут ощущения все-таки.
— Я тебя понимаю, дорогая, — задумчиво ответил Гарри. — У меня такие же ощущения. Может быть, все-таки дом — это то, что не просто знакомо и привычно, но и удобно. Дом — это когда знаешь, где все находится и что нужно делать сейчас или потом, чтобы жить. А здесь, в этом мире, у нас больше возможностей. Мы можем быть одеты, сыты, можем что-то построить — стоит лишь об этом подумать. Но опять же, тут нет так много желаний, как в том мире. Там постоянно нужно было что-то делать, хотелось иметь, что-то привезти или взять. Тут прилагать усилия по некоторым малозначимым вопросам жизни приходится меньше, но и желаний возникает меньше. Ведь тут все, по большому счету, есть.
Они еще немного поговорили, а затем замолчали, лежа на ароматном сене и глядя на звезды. Небо было усыпано мигающими огоньками, иногда возникали яркие черточки — следы от метеоритов. Из леса раздавались звуки ночных птиц, шорохи мелких животных. Было прохладно, но комфортно. И перед тем, как сон овладел влюбленными, Гарри услышал шаги. Кто-то подошел к их клетке и шепотом позвал:
— Нэнси, Гарри…
— Да, мы тут, — шепотом ответил Гарри.
— Это я, Эленор, не пугайтесь.
— Да мы и не испугались, — сказал Гарри и придвинулся ближе к прутьям клетки. Было темно и действительно было плохо видно, кто разговаривает.
Теперь мужчина разглядел юношеское лицо Эленора. Тот придвинулся ближе к Гарри и шепотом стал говорить:
— Сегодня ночью здесь могут произойти некоторые события. Нет, не думайте о плохом, вы точно в безопасности и под нашей охраной. Но если услышите какой-нибудь шум или рев, то не придавайте этому никакого значения. Просто предупреждаю вас, чтобы не паниковали. С вами, сударь, красивая и молоденькая девушка едет, поэтому позаботьтесь о ней, чтобы, не дай Бог, никто не придавил ее. Вот и все, что я хотел вам сказать. Спокойной ночи, Гарри, отдыхайте.
— Да, странное вы говорите, Эленор, что же тут может произойти? Какими-то загадками говорите. Мы свободные люди, и я требую от вас предоставить нам свободу. Это наш выбор, и мы не ваши пленники, как вы изволите говорить, — Гарри в своих словах постарался быть корректным, учтивым, но твердым.
— Я все сказал вам, что мог. Я предупредил вас. Больше мне сказать нечего.
Гарри со злостью ударил по прутьям клетки, так что вся конструкция зашаталась, но Эленор повернулся, решительно прерывая беседу, и быстро отошел к своему костру.
— Да, странный какой-то этот мерзавец Эленор, — со злостью сказал Гарри и, не сумев больше сдерживаться, продолжил: — А тебя, Нэнси, решил предупредить: нравишься ему ты. А тебе как он?
Нэнси ответила не сразу, видимо, обдумывая ответ любимому. Она, как женщина, понимала причину его раздражения:
— Милый мой, тебе не стоит так злиться на Эленора и тем более ревновать его ко мне. Я люблю тебя и только тебя, а что касается этого юноши… Да, он симпатичный и хорошо сложен. Но что с того, ведь чувства к тебе у меня сильные, и я никогда не предам тебя, милый. А что ему нужно от меня — его проблемы, я никак в этом участвовать не буду. То, что он сказал тебе, это сэр Аджон так велит. Не злись, дорогой, посмотрим, чем все это закончится, ведь рано или поздно они вынуждены будут открыть замок.
Нэнси повернулась к Гарри, обняла и поцеловала его долгим поцелуем. Сердце Гарри радостно забилось от смятения чувств. Он был счастлив от прикосновения Нэнси и зол на этого юнца, на Аджона и на всех этих лучников. Гарри постарался успокоиться и как можно более равнодушным тоном ответил: