Очередь из фанов, ожидавших, чтобы Гибкий подписал им свою книгу, ринулась вперед.
— Эти книги изменили всю мою жизнь, — со страстью заявляет стоящая передо мной женщина, хоть я ее ни о чем и не спрашивал.
Она толкает перед собой тележку из супермаркета, доверху нагруженную пачками книг из серии «Ушедшие».
— Они привели меня к Иисусу.
Мы рассуждаем о ее любимых персонажах (больше всего ей нравится Питер Кин, пилот вертолета, чья пошатнувшаяся вера восстановилась — слишком поздно, впрочем, — когда он воочию увидел свою возродившуюся жену, детей и второго пилота, которые до этого разбились у него на глазах). Я решил, что было бы неучтиво подходить к Гибкому без экземпляра его книги, так что прихватываю парочку с рекламного стенда. Помимо стопок книг «Ушедшие», внимание мое привлекает глянцевая кулинарная книга. На обложке фотография густо накрашенной женщины с напряженными глазами на недавно подтянутом лице. Я узнаю в ней жену доктора Лунда, Шерри, соведущую его еженедельного ток-шоу, которое проходит после проповеди. Книги ее рецептов регулярно возглавляют списки бестселлеров «Нью-Йорк Таймс», а учебник секса «Интимная близость по-христиански», написанный в соавторстве с доктором Лундом, имел головокружительный успех в восьмидесятые.
Пока Гибкий игриво общается с толпой своих престарелых поклонников, я глазею на рекламные стенды бесед, диспутов и собраний молитвенных групп, очень плотно запланированных на этот уик-энд; большинство из этих щитов представляют собой вырезанные в полный рост глянцевые фигуры разных знаменитых проповедников, которые являются визитной карточкой этого события. Наряду с несколькими беседами на тему «Готовы ли вы к Вознесению?» здесь проводятся симпозиумы по креационизму, а также — из добавленных в самый последний момент — встреча с пастором Леном Ворхисом, новым порождением блока конца света. Ворхис недавно произвел небольшую бурю в «Твиттере» своим экстраординарным заявлением, что трое детей, выжившие в катастрофах «черного четверга», — это на самом деле четверо всадников Апокалипсиса из Откровений.
В конце концов очередь редеет, и приходит мой черед. Высокомерная пресс-секретарь что-то шепчет на ухо Сэнди Гибкому, и он наводит луч своей улыбки на меня. Его маленькие глазки сияют, как блестящие черные пуговки.
— Англия, да? — говорит он. — Я был в Лондоне в прошлом году. Это языческая страна, которая нуждается в Божием спасении. Я прав, сын мой?
Я заверяю его, что да, он, безусловно, прав.
— Чем вы конкретно занимаетесь, сын мой? Патти говорит, что вы хотите взять интервью или что-то в этом роде, так?
Я говорю ему правду: что я снимаю документальное кино для телевидения и что я очень хотел бы поговорить с ним и доктором Лундом об их карьере.
Глазки-пуговки Гибкого сверлят меня еще более интенсивно.
— Вы работаете на Би-Би-Си?
Я говорю: да, я действительно работал на Би-Би-Си. И это не ложь. Я и вправду начинал свою карьеру журналиста рассыльным на Би-Би-Си в Манчестере, хоть меня и уволили оттуда через два месяца за курение травки в комнате отдыха. Впрочем, об этом я предпочитаю не упоминать.
Гибкий, похоже, немного расслабляется.
— Погоди, сын мой, я посмотрю, что тут можно сделать.
Это оказывается гораздо легче, чем я ожидал. Он снова подзывает свою консультантку, которая умудряется одновременно улыбнуться Гибкому и сердито посмотреть на меня, после чего они что-то недолго обсуждают шепотом.
— Сын мой, Тедди в настоящий момент очень занят. Знаешь, почему бы тебе не заехать через пару часов ко мне в пентхаус? А я посмотрю, что могу сделать, чтобы познакомить тебя с ним. Он большой поклонник шоу «Кавендиш-холл», которое идет на вашем канале.