«Отвали, Петро. Мы не знаем ни одного имени, и нам его тоже не назовут. Я немного поразнюхал, но лодочники замкнулись. Им не нужны неприятности. Кто их может винить? В любом случае, без настоящего туловища что поделаешь? Теперь мы знаем, что речники находят эти штуки; ничего удивительного, ведь если плавают отрубленные руки, значит, где-то должны быть и остальные части тела. Я дал знать на набережных, что в следующий раз мы заберём то, что они выловят. Не будем раздражать этих мерзавцев. Лоллий только кашлянул, потому что ему не терпелось сыграть роль крупной креветки».
«Он старый и никчемный болван».
«Не говори мне».
«Мне надоело бездельничать, Фалько». Петроний казался раздражительным. Может быть, когда я отправил его в Лавиниум, он пропустил свидание с Мильвией. «Ты всё делаешь просто невероятно. Ходишь на цыпочках вокруг фактов, подкрадываешься к подозреваемым с глупой улыбкой на лице, когда нужно просто дать пару трёпок дубинкой…»
«Это и есть трюк бдительности, чтобы завоевать доверие общественности, да?»
«Вопрос в том, как проводить систематическое расследование».
«Я предпочитаю вытянуть из них правду».
«Не лгите. Вы просто подкупаете их».
«Неправильно. У меня слишком мало денег».
«Итак, каков твой метод, Фалько?»
«Тонкость».
«Чепуха! Пора нам тут навести порядок», — заявил Петро.
Чтобы навязать мне эту прекрасную идею, он, несмотря на жару, поспешил на реку, где намеревался поработать с лодочниками, хотя я ему и запретил. Я знал, что у него ничего не получится. Очевидно, ему придётся заново усвоить суровые уроки, которые я усвоил за семь лет работы информатором, прежде чем Луций Петроний обретёт вес в качестве моего партнёра. Он привык полагаться на простой авторитет, чтобы добиться чего-то.
Ещё проще: страх. Теперь он обнаружил, что ему этого не хватает. В частном секторе он будет вызывать лишь презрение и презрение. В любом случае, для рядовых граждан пинать сапоги было нелегально. (Возможно, это было незаконно и для вигилов, но эту теорию никто никогда не проверит.) Пока Петро изнурял себя среди водяных жуков, я занялся подработкой. Сначала я подбадривал себя, выбивая плату за разные работы, которые выполнял несколько месяцев назад, до того, как Петро присоединился ко мне; денарии шли прямо в мою банковскую ячейку на Форуме, за вычетом стоимости пары акульих стейков для нас с Еленой.
Затем, благодаря нашей недавней известности, у нас появилось несколько вкусных дел. Домовладелец хотел, чтобы мы проверили одну из его квартиросъемщиц, которая жаловалась на невезение; он подозревал, что она укрывает сожительницу, которая должна была бы платить часть арендной платы. Один взгляд на даму уже показал, что это вероятно; она была прелестью, и в беззаботной юности я бы растянул эту работу на недели. Сам домовладелец безуспешно пытался подстеречь парня; мой метод занял всего час наблюдения. Я устроился к полудню. Как я и ожидал, ровно в обеденное время появился коротышка в залатанной тунике, выглядевший воровато. Он не мог позволить себе пропустить свой перекус. Поговорив с водоносом из многоквартирного дома, я убедился, что он живёт там; я вошёл, поговорил с виновниками, пока они делились яйцами с оливками, и закрыл дело.
Состоятельный торговец папирусом считал, что его жена изменяет ему с его лучшим другом. Мы наблюдали за этой сценой; я решил, что друг невиновен, хотя даму почти наверняка регулярно обманывал управляющий семьи. Клиент был вне себя от радости, когда я оправдал его друга, не хотел слышать о рабе-изменнице и сразу же заплатил.
Это вошло в тарелку честности, которую мы разделили с Петро, даже большие чаевые.
На обратном пути в Фонтанный Двор я заглянул в бани, отряхнулся, выслушал какие-то незначительные сплетни и пошутил с Главком. Он работал с другим клиентом, и я не остался. Петроний Лонг на базе так и не появился. Мне предстояло нелегко переживать о его местонахождении; это было похоже на то, как если бы я присматривал за влюблённым подростком. Я надеялся, что его отсутствие означает, что он отправился на попытку помириться с женой. Я знал, что собака, скорее всего, улизнула к Бальбине Мильвии.
Довольный собственными усилиями, я закрыл кабинет, обменялся парой слов с Леней и перешёл улицу. Я был здесь поваром, пока у нас не было отряда нытьём-рабов. Елена мариновала рыбные стейки в оливковом масле с травами. Я просто обжарил их на углях на нашем столе, и мы съели их с зелёным салатом, заправленным уксусом, ещё…
Масло и немного рыбного соуса. После испанского приключения у нас было вдоволь масла и соуса, хотя я использовал их умеренно. Хороший акулий стейк должен быть самостоятельным блюдом.