Не принимая душ и не меняя одежду, Гинта свалился в постель. Тело ломило, плечо саднило, а колени горели, но голова была пуста. Наконец-то сонное царство приняло его в мягкие объятия... Завтра, он возьмет себя в руки завтра, а сейчас надо поспать пару часов...
***
Араши говорил, что его не интересуют серьезные отношения, и вообще он птица гордая, свободная. Но на самом деле, он просто боялся снова обжечься после Мари. Иногда она ему снилась, Араши брал ее, под ним она выгибала спину, обхватывала ногами, водила тонкими пальчиками по его спине. Араши снова мял теплые груди Мари, от нее всегда пахло чем-то сладким, какими-то духами с пряностями, слишком сладко, Араши заставлял ее дрожать, наполняя своим семенем, а потом он всегда просил ее об одном и том же - выйти за него, но каждый раз сон заканчивался одним и тем же... Мари трахается в сортире с чужим мужиком.
В эту ночь, ему снилось, как Гинта укладывает огромных мужиков на лопатки, и как по шее стекает капля пота, впитываясь в воротник рубашки. Ему снилось, как тонкие пальцы охватывают рукоять ножа. Араши чуствовал во сне запах Гинты, тонкий, едва уловимый, легкий, как ветерок, он был таким чистым и свежим. Араши пока и сам не знал, что чувствует интерес или что-то большее, но ему хотелось забрать нож из дрожащих рук и крепко обнять Гинту.
Проснувшись, Араши заглянул под одеяло. Ну вот, он так и знал, давно ему не снились такие... приятные сны. Пройдя в ванную, он взглянул на себя в зеркало, одобрительно рассматривая свое тело. Араши уже не был таким худым, как в универе, сейчас он был хорошо сложен, каждая мышца играла под кожей, привлекая к себе внимание, накачанный торс, крепкие ноги и венка, спускающаяся вниз к паху.
Мужчина включил теплую воду, намылил тело, одной рукой он смывал гель, а другая ожидающе спустились вниз. Сон был очень реалистичным, в этот раз Араши будет стараться и добьется своего. Одной рукой он уперся в стену и закрыл глаза от удовольствия, его рука внизу начала двигаться быстрее...
***
Семь утра, Гинта спал всего три часа, но он уже одет с иголочки, ненавистный костюм сидит идеально, но серые круги под глазами, и расцветающий цветок на скуле, портили все впечатление. "Опять Кай будет ругаться".
Кай сидел за низким столом и попивал зеленый чай с жасмином, он наконец разобрался со всеми делами, и уже на ногах с шести утра. Сколько его не было? Пару дней? А кажется, что месяц, и чай вкуснее стал в ожидании его господина, и костюм сидел на нем гораздо лучше, чем какие-то джинсы и футболка, и вообще здесь его место - в ожидании, у ног молодого господина.
Услышав, что его господин открывает дверь с другой стороны, Кай быстро принял уважительную позу и склонил голову: "Господин, прошу прощения, Томоки и Кота еще в пути. Совсем распоясались без меня" Принимая обычную позу с довольной улыбкой, Кай продолжил: "Господин, сегодня с утра я увидел новости о вашем вчерашнем выступлении. Это было замечате..." Кай поднял голову, и увидев господина, замер, в его глазах потемнело.
- Кто посмел? - одними губами прошептал Кай.
11. Лифт
- Кто посмел? - одними губами прошептал Кай.
- Отец - спокойно ответил Гинта, и Каю ничего не оставалось, как промолчать. Нет, этого он старику не простит, однако сейчас Кай не может ничего сделать, но в будущем... В скором будущем, когда господин станет официальным главой семьи, он лично разберется с этим стариком любыми способами, и господину не стоит об этом знать. Его господин как солнце в семье Хана, он будущее клана, единственный наследник, его должны беречь, вот только этот мерзкий старик все портит.
- За что? - коротко спросил Кай. Да, он был не многословен, но Гинта принял его игру, с Каем у них был собственный метод общения: коротко, по делу, и удивительно, они всегда понимали друг друга.
- Отец считает мое выступление ошибкой, он полагает, что Хана не имеют права кланяться простым смертными. Кстати об ошибках, что ты выяснил?
- Ваши предположения были верны. Какой приказ вы отдадите?
Гинта приподнял один уголок губ, и не задумываясь, ответил:
- Око за око, зуб за зуб. Каким бы отбросом не был Кейдзи, он принадлежал нашей семье. Содзо убили одного, мы убьем двоих ...
***
Через некоторое время в комнату ввалилось двое юношей, увидев серьезные лица господина и Кая, Кота быстро соориентировался и бросился на колени перед Каем с причитаниями:
- Брат, прости! Мы не могли ничего сделать! - Он начал размазывать притворные слезы по рубашке Кая и тереться лицом об мужчину. Беря пример с господина, Кай старался не показывать эмоции, особенно отрицательные, но только Кота был его исключением. Этот рыжий чертенок мог вывести его из равновесия в одну секунду. Увидев, как Кота размазывает по его чистой рубашке слезы и кажется сопли, одна бровь Кая начала нервно дергаться, он закрыл глаза, его губы превратились в тонкую линию.