Проводив взглядом тонкую фигуру, Араши с удовольствием закрыл глаза, в машине еще оставался приятный, едва уловимый запах его пассажира. Сегодня он не хотел его целовать, Араши лишь хотел немного подразнить мальчишку. Но поцеловав его на яркой улице, Араши почувствовал как юноша вспыхнул, как отвечал сначала робко, а потом с желанием. Сколько же в нем эмоций! Целуя его, он почти чуть не опьянел от ярких эмоций. В-первые, за долгое время ему захотелось что-то приготовить и обязательно накормить такого хрупкого мальчишку. Вдруг позади кто-то засигналил, вырывая молодого мужчину из сладких дрем.
***
Войдя в комнату Гинта, наконец скинул маску отчужденности и как подросток плюхнулся в постель. Сегодня он целовался с мужчиной, Гинта закрыл лицо руками и тихо рассмеялся. Он чувствовал себя так странно, кажется ему понравилось. Почему-то этот Араши больше не бесил его, в основном он только смешил Гинту. Такой непосредственный, открытый, беззаботный, полная противоположность Кая.
Вдруг юноша вскочил и быстрым шагом направился в ванну. Ему было интересно, какое лицо у него было, когда Араши застал его с мороженым. Этот парень такой... такой глупый? Нет, он такой... такой странный! Однако, он поделился очень странной информацией и более того, предложил объединиться. В другой ситуации Гинта бы и не подумал прислушаться к незнакомцу, тем более из чужой семьи. Но Араши его спас, и возможно Гинте просто хотелось поверить ему. Он вспомнил пальцы мужчины скользившие по его подпородку, обхватившие затылок. От воспоминаний у Гинты побежали мурашки: сильные большие руки сжимали его... СТОП!!!
"Что я творю?"
От резкого стука в дверь Гинта вздрогнул. Черт, он совсем задумался и перестал следить за обстановкой в доме. Его вызвал отец.
***
- И где ты был?
- Задержался в офисе.
- Не лги мне, кусок дерьма! - вскричал Отец, ударяя кулаком по столу, - я знаю, что ты уехал гораздо раньше!
- Простите отец, - Гинта склонился в низком поклоне, - на самом деле я проверял одну информацию, говорят, что младшие готовят заговор...
- Заткнись! Хватит играть в игрушки!
- Ты разобрался откуда ноги у забастовки на заводе.
- Да, Отец, я со всем разобрался, впредь таких проблем больше не будет.
- Если у тебя остается время, чтобы шататься после работы, я займу тебя делом. Как ты видел недавно у нас была старая псина Содзо, и мы с ним договорились об очень интересном дельце.
Гинта вспомнил, как увидел их тогда, и как его охватило беспокойство и он долго не мог успокоиться.
- Что за дело отец? - спросил Гинта, едва сдерживая встревоженность в голосе.
- Будем продавать "сахар"...
- Что? - Гинта выпрямился и посмотрел прямо на отца.
- Отец, это... это гиблое дело, так мы только замараем руки, да и бизнес наш идет хоршо...
Лицо отца потемнело, он медленно встал с кресла, и заложив руки за спину, начал приближаться к Гинте. В детстве отец всегда учил сына, что только в страхе можно держать подчиненных, но лучше всего телесных наказаний - это пытка души. И именно сейчас отец решил пытать собственного наследника.
Ноги Гинты подкосились, а в глазах потемнело. Без того тусклый свет в кабинете вдруг погас. Сердце начало бешено стучать, Гинта видел лишь ноги отца, он шел медленно, переставляя ноги в традиционных длинных хакама.
- Бо-го-мол, - проскрипел он медленно, сверля взглядом юношу, - ты ведь помнишь, так назвал тебя я.
С каждым шагом становилось темнее, воздух начал давить, не давая вдохнуть. Гинта сделал шаг назад.
- Отец прошу, - губы Гинты задрожали.
Гинта пытался вдохнуть полной грудью, но никак не получалось, он начал задыхаться. Его глаза наполнились слезами, но отец продолжал приближаться. Каждый его шаг отдавался в ушах дикой болью, что-то заныло в груди.
- Бо-го-мол, - лицо отца исказилось от гнева.
- Ты забыл, кто ты на самом деле? - фигура отца вдруг стала больше, заполняя собой кабинет.
- Ты хочешь, чтобы все снова повторилось как в прошлый раз с Юки? От старого знакомого имени Гинта вздрогнул и оторвал взгляд от ног отца. Тот подошел уже в плотную и протянул руку к шее своего сына. Едва пальцы коснулись кожи, Гинта завопил.
- Неееет! Отец, пожалуйста не надо! - юноша упал на колени и начал прикрывать голову руками.
- Прошу, умоляю отец, не надо! Я все сделаю! Обещаю!
Отец так и стоял с поднятой рукой, его глаза как у коршуна свекали и наблюдали за Гинтой. Тот жалкий, скорчившийся, пытался спрятать голову. Мерзкое зрелище! Он смотрел на него с отвращением. Слабый, не достойный места отца. Презрительно сплюнув, отец вышел из кабинета. А Гинта остался сидеть на полу, он не мог остановить рыдания, и только под утро Гинта смог придти в себя. Еле поднявшись с татами, шатаясь, Гинта отправился в комнату.